Дед пытался спрятать бриллиант на себе, но офицер Гестапо его обыскал и нашел камень. Имени немца мы так никогда и не узнали.

— Какая невероятная история, — ответил Байят, стараясь звучать спокойнее, чем был на самом деле. — Спасибо вам большое за рассказ, господин Левин. Мне очень поможет эта информация.

— Профессор, а что было дальше с бриллиантом? — спросил Левин. — Вы знаете?

— К сожалению, это так и осталось тайной, — солгал Рафи.

— Я исследую их, для выставки в моем музее. Спасибо вам еще раз, господин Левин.

— О, не за что, профессор.

Могло ли это быть правдой, спрашивал себя Рафи, повесив трубку.

Если история Левина была подлинной, получается, что камень, который он исследовал, с большой вероятностью был настоящим Setarehe Abi Rang. А Кадир был первым и единственным, кого нужно было поставить в известность о таком открытии, ведь так?

Рафи подумал, что нужно было немедленно позвонить министру и доложить новость, но что-то удерживало его. Ему не хотелось допускать ситуации, в которой он мог вызвать обиду Кадира, делая заключение о том, что тот лгал о подлинности камня. Еще хуже было докладывать дурные новости, что камень в Кабуле был ненастоящим, в то время как настоящая «Голубая звезда» даже не принадлежала их стране.

Какое облегчение он испытал, будучи в Берлине, когда узнал, что Манфред Вульф понятия не имел, какой исторической ценностью обладал бриллиант, попавший в руки его отца. Ведь камень был едва ли не причиной войны. Вульф не намерен был говорить об этом. А как насчет графини Кристин? Она согласилась держать тайну, но когда будет подтверждено происхождение камня, будет ли она молчать?"

"Setarehe Abi Rang стоил целое состояние, он был бы настоящим трофеем для знающего коллекционера, который заплатил бы за алмаз огромную сумму.

Деньги не должны достаться этой женщине, а камень не должен исчезнуть в какой-то безвестной коллекции. Он по праву принадлежал Шанскому народу, у которого его украли. У Рафи в голове не укладывалось, как Кадир мог отстранить его вот так легко, сказав, что дальнейшие поиски должно проводить афганское правительство. Кто был лучше подготовлен для того, чтобы искать правду, если не он. Кто был ведущим экспертом в этой области? Кто был самым преданным афганскому народу? И потом, он был единственным, кто видел камень графини.

Глава одиннадцатая

Харлем. Голландия

Аллегро внимательно осмотрела особняк снаружи, обошла его сзади с фонариком, ища секретный вход в тайник. Продираясь сквозь неопрятные заросли некогда искусно подрезанных декоративных кустарников, она пыталась разгадать смысл фразы, подслушанной в разговоре Ганса Гофмана и Крис. С его стороны было очень разумно устроить в саду новый вход.