– Не боишься за сына?

- Да что ж вы, батюшка, в самом деле-то? Неужто считаете, что сын Басманова с одуревшей кобылой не управится? – усмехнулся Алексей.

- Так сам ведь и выбирал! Говорил я тебе, Алёша говорил, что скверных лошадей берёшь, буйных да упрямых.

- Поглядим-поглядим, царь-батюшка, как мой сын безбородый совладает с ней. – самодовольно усмехнулся Алексей, и лицо его озарил проблеск гордости. – Того посмотрим, кто нравом круче будет.

Тем временем Фёдор ухватился за поводья. Лошадь едва не сбивала его с ног, но юноша смог устоять. Ещё несколько ударов хлыстом – и лошадь медленно засеменила назад.

- Тише, тише! Чего ж буянишь? – ласково произнёс Басманов-младший, наматывая поводья на кулак, а второй рукой успокаивающе похлопывая лошадь по крупу.

Животное еще раз взбрыкнуло, но юноша совладал и с этим выпадом, и лошадь начала сдаваться. Фёдор ни на секунду не ослаблял своей хватки, уводя животное к конюхам. Её шаг сошёл до того, что лошадь лишь мелко семенила на месте.

Наконец, Фёдор вновь передал поводья конюхам. Откинув снова растрепавшиеся волосы назад, Фёдор, довольный собою, направился к лестнице, где стояли отец и государь. От его глубокого дыхания поднимались облака пара.

Юноша поднялся быстрыми и лёгкими шагами вверх к отцу и государю.

- Больно резки лошади ваши. Отчего же не выбрать коней вам покладистых? – спросил царь.

- Спорить глупо, порода резкая. – согласился Фёдор. – Да уж свыклись с природой их. Исмаильтская кровь – нрава непокорного, не всякому и под силу оседлать. Да только как овладеешь ими, так на иных лошадей и смотреть не захочешь. Всё не хватать будет резвости и удали их.

Иоанн остановился и выдержал молчание, которое повисло в холодном воздухе, точно хотел было что-то сказать. Однако он опустил свой взгляд во двор. Ещё утром тонкий покров свежего снега не был тронут, а сейчас белоснежный ковёр был взъерошен и смешан с землёй. Но быстро сбросив мимолетное задумчивое оцепенение государь последовал дальше.

Все трое поднялись в палаты, где уже были накрыты яства. Басмановы были приняты не просто, как бравые воеводы, а как верные друзья самого государя. Стольники то и дело обходили гостей, подливая им пьянящие греческие вина.

А за окном крепли морозы. Эта зима обещала быть особенно суровой для Руси.

Примечание к части

Подайте на хлеб, люди добрые: https://www.donationalerts.com/r/jack_gelb

Примечание к части

Подайте на хлеб, люди добрые: https://www.donationalerts.com/r/jack_gelb

Глава 1.2

Александровская крепость помнилась совсем ещё юному Иоанну обителью мягкого тёплого света. Он помнил эти белокаменные стены, которые мальчику казались непомерно огромными, точно они вот-то коснутся небесной тверди, которая сияла чистой лазурью тёплым летом.