«Ну сейчас, да!» — мысленно решил Волконский.

Хотя и войнушку пора заканчиваться. Пока никто действительно не пострадал. Одним рывком клановец достиг укрытия и… расслабился. Теперь можно было перевести дух. Здесь его точно не достанут.

— Что, опять⁈- взревел разочарованный «противник». — А ну вылезай!

— Неа! — честно ответил Павел, подтягивая ноги.

Места в укрытии было не так чтобы много.

— Это не честно! — был ему ответ.

— А Огнем по мне стегать честно⁈ — крикнул он в ответ.

Особого возмущения в голосе парня не было. Он видел, что сестренка сильно за него переволновалась. А нужна она ему сейчас была собранной и готовой к работе. Поэтому он просто… позволил этому случиться, вполне грамотно «подзадорив» девушку парой выверенных фраз. Без его «помощи» ничего бы и не случилось. Но более быстрого способа привести девушку в психологическую форму он не знал.

— Сам заслужил! — чуть устало выдала Света.

Все-таки с боевкой у нее было похуже, чем у братьев. Нет, базовый курс она прошла. И тренировкам поддерживающими кондиции не пренебрегала. Однако использовать ее клан планировал в несколько иной области. А потому и подготовка была соответствующей.

— Побузила и хватит! — резонно ответил парень решив, что психологическая разгрузка штука, конечно, хорошая, но и меру нужно знать.

Нет, Светлана меру знала. Более того, она прекрасно видела, чего именно добивается брат. Короткой эмоционально-физической вспышкой он позволял ей пережечь накопившиеся эмоции и вновь вернуться к работе с холодной головой. Тем более, ничего еще не закончилось. Даже десантники Турбиных все так же «тусовались» под окнами заводоуправления. Отчего-то Марат Игоревич решил, что в предложении Павла был какой-то подвох и пока ограничился лишь тем, что оцепил своими людьми забор, огораживающий территорию третьего цеха.

— Хорошо, — покладисто согласилась сестра. — Вылезай.

Голос ее звучал спокойно. Она вновь была собрана, а ее разум взведен не хуже боевой пружины.

— Чего только не сделаешь для поддержания морального духа любимой сестренки, — прокряхтел Волконский, нарочито медленно и «валко» выбираясь из-под любимого стола Светы.

Уж чем уж ей тот был столь дорог — неведомо. Но, при всех своих «упражнениях» со стихиями, она ни разу не ударила по нему.

Впрочем, решение было достаточно очевидным: Светлане был дорог не стол, а брат. Потому-то она и соблюдала неукоснительно кое-какие правила их психологической разрядки. Павел, кстати, свой «прибыток» тоже имел. Все-таки поддержание формы для него было вполне актуальным. А сестренка, при всем отсутствии опыта, подготовлена была весьма не дурно.

В дверь постучали.

— Войдите! — хором откликнулись брат с сестрой.

Дверь распахнулась.