В этом случае убрать его почти невозможно: он увидит незнакомого человека издали и не подпустит к себе. Как тогда быть?

Лыков вел свой отряд и думал над этой проблемой. В конце концов план составился.

Их четверо – столько, сколько караульный ждет со стороны Аян-юрях. Он же знает, что сегодня засаду меняют. Издали парень примет карателей за команду Облезлого. Лыковцы спешатся вдалеке по какой-нибудь надобности, так, чтобы лиц было не разглядеть. И начнут рыться в сумах, ругаясь вполголоса. Алексей Николаевич шмыгнет в кусты и выйдет из них уже за спиной у часового…

План был так себе.

Вдруг парень окажется сообразительным и прикажет подъехать к нему? Или кто-то из других «македонцев» пойдет мимо и заинтересуется скандалом? Но ничего лучше в голову сыщика не приходило. Потом, в таком деле, как бой, всегда есть место неожиданностям и импровизации. Как говорил Наполеон? «Сначала надо ввязаться в драку, а там видно будет».

Наконец после продолжительной езды показался прииск. Все как описывал Рудайтис-старший: пять невзрачных балаганов в стороне от реки, две бревенчатые избы ближе к воде, из них одна на пригорке. Людей не видать.

Старатели, понятно, на работе. А головорезы? Пусто! Куда все попрятались? Лыкову это не понравилось, но менять план было уже поздно. Как раз он обнаружил часового. Тот сидел на камне около штабного балагана и смолил папиросу. А может, самокрутку, отсюда не разберешь…

Команда спокойно, как свои в доску, въехала в пределы лагеря и спешилась у воды. Трое стали промывать лосятину и негромко переругиваться, как задумал Алексей Николаевич. Сам автор плана шагнул в кусты и исчез.

Через четверть часа он оказался за спиной у караульщика.

Тот беззаботно наблюдал за прибывшими, не подозревая в них подмену. Узнал лошадей и успокоился… И сидел он подходяще, так, что из окон атаманова жилища его было не видно. Вот молодец! Лыков подкрался и сильным ударом приклада сломал ему шейные позвонки. Потом сунул под камень фуражку, нахлобучил на голову папаху бандита, а труп столкнул вниз. И уселся на камень с винтовкой в руках. Теперь издали его должны будут принять за часового.

Алексей Николаевич оглянулся на своих и увидел, что те наблюдали за его маневром и принялись действовать по плану.

Иван бегом устремился в горку, а Петр с Сергеем столь же быстро заняли позиции возле балагана с заложником. Пора было подавать сигнал.

Лыков осмотрелся по сторонам: все спокойно. Долина по-прежнему выглядела безлюдной, лишь вдалеке возле одинокой якутской юрты кто-то хозяйничал. Сыщик махнул рукой и изготовился сам.

Рыбушкин извлек из кармана огромную ракетницу. Прицелился и пальнул. Ракета, шипя и выписывая зигзаги, врезалась в стог сена и зажгла его. На шум вышли двое: дядя в синем бушлате и детина в кухлянке.