— Я в порядке, — успокоил он их, — просто устал.

Глаза миссис Уизли наполнились слезами, и она безо всякой нужды разгладила простыню.

Мадам Помфри вернулась из кабинета с кубком и пузырьком пурпурной жидкости.

— Надо выпить всё, Гарри, — объявила она. — Это для сна без сновидений.

Гарри принял у неё из рук кубок и глотнул. Тотчас навалилась сонливость. Всё кругом подёрнулось дымкой; лампы в палате добродушно подмигивали сквозь шторы; тело утопало в пуховой перине. Он не успел допить, не успел произнести ни слова — его утянуло в глубокий-глубокий сон."

"Гарри проснулся; так тепло, так покойно, совсем неохота открывать глаза. Лучше снова провалиться в спасительную дремоту. В палате горел приглушённый свет; ясно, что ещё ночь и что спал он совсем недолго. Вокруг шептались:

— Они его разбудят, если не утихомирятся!

— Что они так орут? Вряд ли ведь ещё что-то случилось?

Гарри с трудом открыл глаза. Кто-то снял с него очки. Он смутно видел размытые силуэты миссис Уизли и Билла. Миссис Уизли была на ногах.

— Это Фудж, — прошептала она. — И Минерва Макгонаголл, да? Чего они шумят?

Теперь и Гарри расслышал крики; к двери приближались торопливые шаги.

— Прискорбно, Минерва, но тем не менее... — громко говорил Корнелиус Фудж.

— Как вы могли привести его в замок! — вопила профессор Макгонаголл. — Когда Думбльдор узнает...

Дверь распахнулась. Незаметно для остальных — Билл отодвинул занавеску, и все дружно уставились на дверь — Гарри сел и надел очки.

По палате нёсся Фудж, за ним по пятам — профессор Макгонаголл и Злей.

— Где Думбльдор? — осведомился Фудж у миссис Уизли.

— Его здесь нет, — рассердилась та. — Здесь лазарет, министр, вам не кажется, что хорошо бы...

Но тут снова открылась дверь, и в палату ворвался Думбльдор.

— В чём дело? — Он сурово воззрился на Фуджа, а потом на профессора Макгонаголл. — Почему вы беспокоите этих людей? Минерва, я удивлён... я же просил охранять Барти Сгорбса...

— В этом больше нет необходимости, Думбльдор! — завизжала она. — Благодаря стараниям министра!

Гарри никогда не доводилось видеть, чтобы профессор Макгонаголл до такой степени теряла власть над собой. На её щеках горели пятна, руки сжимались в кулаки, и от ярости её всю трясло.

— Когда мы сообщили мистеру Фуджу, что схватили Упивающегося Смертью, ответственного за сегодняшние события, — очень тихо проговорил Злей, — он, очевидно, счёл, что под угрозой его собственная безопасность. И настоял на том, чтобы призвать дементора. В сопровождении дементора он зашёл в кабинет, где находился Барти Сгорбс...

— Я говорила, что вы против! — взорвалась профессор Макгонаголл. — Я говорила, вы бы не позволили, чтобы дементор вошёл в замок, но...

— Милая леди! — взревел Фудж. Он тоже был взбешён, Гарри ни разу его таким не видел.