Долго сходятся, мяукают, бьют хвостами… Потом шерсть летит по закоулкам.

Вот так и вышло.

Мускулистый тойгер ринулся вперед, его шерсть встопорщилась. Когти сверкнули, будто стальные лезвия. Соперник тоже не стоял на месте, уйдя от атаки, он ловко подскочил и ударил с ноги. Попал точно по морде, но первый кошак только злобно оскалился.

Их движения сливались с ветром — быстрые и неотвратимые.

Они кружились по камням площади, пламя играло на рыжих полосатых шкурах.

А еще мяукали и реально выдирали друг другу шерсть.

Шондра вздохнула и приложилась к кубку.

Странное спиртное. Даже не понять, что это. Терпкий привкус, слегка мятный…

Брюнетка перевела взгляд на Сэшу. Та с упоением лопала мышек и хлебала алкоголь.

— Так, тебе уже хватит, — турельщица отняла у кошки кубок. — И вообще, что за пряности в это пойло добавляют?

Ангорийка посмотрела на подругу счастливыми посоловевшими глазами.

— Шондрочка, я так тебя люблю! — выдохнула она и повисла на подруге.

На соседнее место опустилась Миса, элегантно расправив шлейф за спиной.

— Это кошачья мята, — сказала она. — Не волнуйся, мы добавляем самую чуточку. Просто для веселого настроения.

У Шондры лицо побелело.

— Что? Ты говоришь на имперском⁈

Девушка-кошка с короткой стрижкой усмехнулась и пояснила:

— Мой отец вырос невольником в одном из ваших городов. Теперь он часть племени. Мы с братом выучили язык от него.

— Ага, получается, жрица приставила тебя, чтобы подслушивать наши разговоры?

— Верно. Но теперь это не важно. На рассвете вы умрете. Обе.

Шондра постаралась сдержать эмоции, хотя в горле пересохло. Она хрипло спросила:

— И зачем ты говоришь мне это?

— Я хочу помочь вам сбежать, — пожала она плечами и сверкнула изумрудными глазами. — Но у меня есть условие. Вы заберете меня с собой.

— Чего?

— Да того. Мне здесь скучно. Надоело прислуживать. Постоянно одно и то же. Хочу посмотреть мир. Согласна?

— Как будто у меня есть варианты.

— Вот и хорошо. Сейчас начнутся танцы. Я пока отнесу по мышке с приправой всем вооруженным ребятам.

— Так понимаю, кошачьей мяты не пожалеешь.

— Верно, — она снова улыбнулась и поднялась. Элегантно покачивая бедрами удалилась.

— Шо-ондр… — протянула Сэша, сладко обнимая подругу и потираясь щекой о ее плечо.

— Отцепись! А ну брысь!

Бой тойгеров уже закончился, и жрица поднялась, чтобы наградить победителя. Он склонил голову и получил венок из кроваво-красных цветов.

— А теперь настало время единения с духами! — провозгласила жрица.

Ритм музыки изменился, наполнился размеренной чувственностью."

"Жрица начала покачивать бедрами в такт ударов тамтамов. К ней присоединились молодые помощницы, а следом и другие члены общины.

Однако прекраснее всех была она — верховная жрица. Плавные движения, грация и сила.