Свет проникал далеко в глубь ее декольте, и, кроме того, можно было не опасаться, что она случайно сожжет рукава.

— Так что же у нас на ужин?

— Никогда не спрашивайте, чтобы не испортить сюрприз, — ответил доктор Лектер, поднося к губам указательный палец.

Они обсудили методы обработки вороньих перьев и их влияние на звучание клавесина, и Старлинг лишь на мгновение вспомнила ту ворону, которая давным-давно ограбила стоящую на балконе мотеля рабочую тележку матери. Воспоминание это показалось ей совершенно неуместным, и она сознательно отмела его в сторону.

— Проголодались?

— Да.

— В таком случае мы можем приступать к нашему первому блюду.

Доктор Лектер взял с приставного столика единственный находящийся там поднос и поставил на стол рядом с собой. Затем он подкатил к своему месту сервировочную тележку, на которой на сей раз были его сковороды, горелки и приправы в маленьких хрустальных чашах.

Доктор зажег горелки и начал с того, что положил добрый кусок сливочного масла в небольшую кастрюлю. Он принялся тщательно размешивать плавящееся масло, добавляя в него мелко молотый фундук. Процедура продолжалась до тех пор, пока растопившееся масло не приобрело ровный коричневый цвет. Удовлетворившись полученным результатом, доктор снял кастрюлю с огня и водрузил на таган.

Затем доктор улыбнулся Старлинг, продемонстрировав на удивление белые зубы.

— Клэрис, вы припоминаете, что мы говорили о приятных и неприятных словах и предметах, которые по своему содержанию могут быть очень забавными?

— Масло пахнет просто божественно. Да, конечно, помню.

— А вы помните, кого видели в зеркале и насколько великолепно выглядело это существо?

— Доктор Лектер, надеюсь, вы не обидитесь, если я скажу, что все это начинает напоминать сказку про белого бычка. Да, я все помню прекрасно.

— Вот и славно. Мистер Крендлер примет участие в нашем пиршестве. Во всяком случае, во время подачи первого блюда."

"Доктор Лектер передвинул большую цветочную композицию с главного стола на приставной столик.

За столом на прочном дубовом кресле восседал во плоти сам заместитель помощника Генерального инспектора Пол Крендлер. Крендлер широко открыл глаза и огляделся по сторонам. Лоб его украшала лента, которой обычно пользуются бегуны, а облачен заместитель помощника был в очень милый похоронный смокинг, со вшитой в него манишкой с галстуком-бабочкой. Наряд был разрезан вдоль спины, и доктор Лектер каким-то образом ухитрился надеть его на Крендлера поверх многих ярдов ленты, крепящей ответственного сотрудника Министерства юстиции к спинке кресла.

Ресницы Старлинг лишь едва дрогнули, и она слегка пожевала губами, как всегда делала, оказавшись на линии огня в тире.