— Ну, — Тэсса так осторожно принялась подбирать слова, что это насторожило бы кого угодно, а не то что чуткого художника, умеющего считывать чужие эмоции, — тут такое дело. Твой пони, кажется, потерялся. Мы с Фрэнком пытались его найти, но уже темно, и завтра… мы поищем еще раз.

— О, нет, — горестно простонал Холли. — Стю умер!

— Ты так думаешь? — быстро спросила она, тревожно переглядываясь с Фрэнком.

— Тэсса, мой пони не был дураком и он бы в жизни не отправился куда-то, чтобы там потеряться! Нет, нет и нет, это было приличное животное безо всякой тяги к приключениям.

— Может, его похитили? — ляпнул Фрэнк. — Ради выкупа?

Холли закатил глаза.

— Кто? Таинственные злодеи, которые кишмя кишат в здешней округе? Не валяй дурака, Фрэнки. Что случилось с моим пони?

— Вероятно, — сдалась Тэсса, — он умер от старости.

— Да ему даже тридцати еще не исполнилось!

— Прости, Холли, мы нашли его в лесу. И знаешь что, он выглядел умиротворенным и спокойным. Как будто просто уснул. Всем бы такую приятную смерть.

Холли издал трагичный всхлип и уткнулся лицом в один из своих свитеров.

— Но ведь надо, — прошептал он, — устроить пышные похороны, да? Заказать самый дорогой гроб и организовать поминки, и приготовить морковные канапе, Стюарт так любил морковку.

— Видишь ли, — Фрэнк кашлянул, — мы как бы… Тэсса?

— Мы уже похоронили Стюарта, — твердо сказала она. — И произнесли красивую прощальную речь.

— Да что вы за люди такие, — завопил Холли, — видите что-то мертвое и сразу норовите его закопать! Ты даже уже не начальник кладбища, Тэсса, а все еще никак не расстанешься с закапывательными привычками.

— Ну да, — согласилась она безо всякого смущения. Лучше уж пережить такие нападки со стороны Холли, чем предъявлять ему окровавленную тушу без шкуры, — так и есть. Но ты все еще можешь устроить поминки с морковными канапе, — людям всенепременно захочется поговорить о том, каким Стюарт был хорошим пони.

— Я должен прилечь, — слабо проговорил Холли, — и нет, не ходите за мной. Прямо сейчас я не желаю никого видеть.

Все еще прижимая к груди свитер, он поднялся наверх, то и дело останавливаясь, чтобы подержаться за перилы и заплетаясь ногами.

А потом сверху раздался его крик.

Глава 09

Орудуя длинной палкой, склеенной скотчем из двух черенков от швабр, Эрл пытался подцепить сорочку жены с ветки дерева. Не говорите об этом Камиле: но он считал довольно смешной выходку злой близняшки.

Как человек, женатый на злой женщине, Эрл лучше других понимал, насколько трудно этим злюкам живется. Столько всего у них бурлит внутри, в обычном человеке все это просто не поместилось бы."

"Порой он и сам ранился о Камилу, как птицы ранятся об острые кустарники, но эти раны были его величайшим сокровищем.