– Однако сотрудники утверждают, что на работе вы не появлялись, позвонили только один раз, дали распоряжения, на какой день перенести назначенные встречи, и просили вас не ждать. Кроме Ирины Сергеевны еще один человек видел вас в Митине, у дома, в котором незадолго до смерти купил квартиру Серебряков. Что вы можете на это ответить?

– Мои семейные дела касаются только меня, и никого больше.

– Уже нет. Убит не только Серебряков. Но и люди, которые, предположительно, стали нежелательными свидетелями. Муж и жена, пенсионеры. Тройное убийство. Это уже не семейное дело.

Общественность взбудоражена. Безжалостное, хладнокровное убийство.

– Я к этому не причастен, – тихо сказал Елистратов. – Сожалею, что так получилось. Видимо, Серебряков успел насолить не только мне.

– Придется объясниться. Расскажите в подробностях, как вы провели тот день? Куда ездили, с кем встречались? С самого начала.

– С самого начала – это будет долго.

– Я располагаю временем. Да и вам отныне некуда спешить.

– Вы думаете? Что ж. Может быть, вы и правы. Мне теперь спешить некуда, – горько сказал Андрей Елистратов. – Да, похоже, что и жить незачем.

…Он увидел ее в тот день, когда абитуриенты пришли сдавать первый свой вступительный экзамен. Увидел – и влюбился. На всю жизнь. Думал только об одном: если эта девушка не поступит, жизнь не имеет смысла. Он никогда ее больше не увидит. Студент второго курса Андрей Елистратов готов был предложить свою помощь, стать бесплатным репетитором, но робел.

Лада поступила сама. Или не сама. Его это не волновало. Андрей никогда не задавал ей вопросов, ответы на которые не знал заранее. Чтобы не ранить душу, которую считал очень уж нежной.

Она стала студенткой, и Андрей мог ежедневно встречать ее в коридорах института и в студгородке. Он знал, в какой комнате она живет, знал расписание ее занятий, преподавателей, которым она сдает экзамены и зачеты, когда ходит в студенческую столовую и с кем дружит. Знал, что в ее комнате собирается много народу. Что там поют под гитару и пьют чай. Рассказывают анекдоты и решают задачи по физике и математике. Но сам не мог туда пойти. Робость мешала.

Их свела судьба. Лада закрутила роман с соседом по комнате, Сашкой Серебряковым.

В какой-то мере Андрей мог ее понять. Серебряков держался особняком. Личность загадочная и нетривиальная, далеко пойдет. Но способен ли он любить кого-нибудь, кроме себя?

Хотя они и жили в одной комнате, Серебряков почти никогда не откровенничал, не рассказывал о себе. Сложные задания решать помогал, в турнирах по волейболу, где играли в одной команде, был надежным партнером. Но к разговорам по душам не был расположен. В редкие же минуты откровенности в нем прорывался безудержный эгоизм.