– Последний вопрос: трупы в лифте обнаружил сосед. Елена Завьялова думала, что родители зашли в кафе после спектакля либо по улицам гуляют. Моцион перед сном. С утра они повздорили, и Елена только возрадовалась продолжительному отсутствию предков. А вы? Серебряков должен был прийти ровно в десять, он человек пунктуальный. Вы не забеспокоились?

– Простите, чего не..?

– Извините. Я все понял. – Леонидов поднялся с табурета. Спина затекла. Надо ехать домой. Домой? Может, попросить у нее раскладушку? Покосившись на зевающую брюнетку, Леонидов решил, что лучше потратиться на такси. Дешевле выйдет.

Светлана Анатольевна, откровенно зевая, закрыла за ним железную дверь, ту, что отделяла секцию с квартирами от площадки, где находились лифты. У лифта Леонидов задержался. Судя по густому, скрежещущему звуку, поднимался грузовой. Ехать в нем капитану Леонидову не хотелось. Он был человеком чрезвычайно отважным. Особенно на публике. Но наедине с собой глубокой ночью мог позволить себе предаться суевериям. Ехать в лифте, где несколько часов назад произошло убийство, – дурная примета. Особенно для человека опасной профессии."

"«Это не трусость, а осторожность, – сказал Леонидов себе, спускаясь с седьмого этажа по лестнице. – Я хочу долго жить, чтобы принести обществу как можно больше пользы. Взаимосвязано. И главное: никто ведь не узнает! Вот что главное!»

Он планировал: а) выспаться, б) навестить жену Серебрякова. И все это сделать завтра, тридцатого августа. Потом он сообразил, что от ночного бдения и разговора со Светланой Анатольевной в голове все перепуталось. Завтра, то есть тридцатое августа, давно уже наступило. Метро еще закрыто. Автобусы не ходят. И вообще, при такой вредной работе надо брать взятки. Деньгами. Молоко не спасет.

Того же дня и числа, около полудня капитан Леонидов сидел в другой кухне, словно бы материализовавшейся из рекламного проспекта фешенебельного магазина, и пил крепкий кофе. С трудом удерживаясь от зевоты и чувствуя, что тошнота усиливается.

«Боже ты мой, Создатель Всемогущий! Почему же так хочется спать? Полдень на дворе. Дождь прошел, солнце светит. А что ты, душа моя, делал ночью? То-то! Нечего было расходовать силы на шикарную брюнетку. Любовь бывает разная… А-ах!» Он не удержался-таки и зевнул. И смущенно сказал:

– Простите.

– Еще кофе? – отозвалась вдова.

– Нет уж. Спасибо.

– Что не любите кофе?

Он засопел, постеснявшись сказать, что от кофе уже тошнит. Женщина все-таки. Хотя не сравнить с красавицей Ланой. Не удивительно, что Серебряков имел любовницу. Зато кухня у них ничего. Мебель шикарная, из дерева. Даже не пытался определить, что за порода. Элитная, выведенная специально для буржуев недорезанных мексиканская сосна. Почему мексиканская? Там пустыня.