Живой и невредимый!

Ну как живой и невредимый? Чуть живой и сильно помятый.

Я кинулся к нему:

— Сэнсэй!"

"Он открыл мутные глаза и не узнал меня. Прошептал только:

— Пить…

Блин! У него было сильнейшее обезвоживание! А у меня с собой ни воды, ни еды, только кастет в кармане…

— Я сейчас позову кого-нибудь! — сказал я и хотел уже было бежать за помощью, но рука сэнсэя упала на мою:

— Нет! — прошептал он и закрыл глаза.

Я остановился. Постоял немного, а потом закрепил факел в пустующем держателе рядом с алтарём, поднял сэнсэя и положил на алтарь — там ровная площадка и осмотреть его будет удобнее.

Может, какие раны есть и их нужно перевязать.

Сэнсэй Макото и так по жизни был некрупным. А тут ещё три дня без еды и воды… так что, я справился, несмотря на мою тщедушность. Да и сам сэнсэй, когда понял, что я хочу сделать, помог…

Чёрт! Надо же, как хорошо, что я не стал откладывать поход в пещеру. Приди я завтра, и возможно сэнсэй Макото не дождался бы… Но как так получилось, что он выжил?

Когда я осматривал сэнсэя на предмет ранений, он поймал мою руку.

— Кизаму? — спросил он. — Ты Кизаму?

— Да, это я, — ответил я и склонился над сэнсэем.

— Ёсико? — спросил сэнсэй Макото.

Он не позвал её, а именно спросил. Спросил у меня где она. Хотя назвал только имя.

— Её тут нет, — ответил я.

— Это хорошо, — сказал сэнсэй Макото и расслабился.

Однако он всё ещё держал мою руку.

Я уже собрался было аккуратно отцепить его пальцы и всё-таки пойти позвать на помощь. В конце концов, тут в лечебнице хорошо лечат, лишь бы в человеке оставалась хоть искра жизни. И если доставить сэнсэя в лечебницу, то есть шанс спасти его.

Но едва я коснулся его пальцев, как сэнсэй снова заговорил:

— Нет! Нужно закончить ритуал.

— Какой ритуал? — не понял я.

Было ощущение, что у сэнсэя уже едет крыша. Но он посмотрел на меня и…

…и я увидел, что он видит меня… Именно меня… Не Кизаму!

И действительно, сэнсэй Макото сказал:

— Жалко Кизаму, он был хорошим мальчиком. И ты прости… Ты пришёл спасти наш мир… Нужно закончить ритуал.

— Вам нужна помощь, — попытался я настоять на своём.

— Нет… Всеблагая не должна узнать…

Я подумал, что ослышался. Ведь, согласно рассказам, именно благодаря сэнсэю Макото был построен этот храм. И вдруг он же говорит, что Всеблагая не должна узнать.

Хотя, шисаи Анита не жаловала его… Плюс, сэнсэй с Ёсико действительно держали всё в тайне.

Есико его соратница. Тогда почему он сказал: хорошо, что её нет?

Или я всё-таки действительно ослышался? Поэтому переспросил на всякий случай:

— Что?

— Это должно остаться тайной. Нужно закончить ритуал.

Сэнсэй Макото говорил и смотрел мне в глаза. Он по-прежнему видел меня и разговаривал со мной.

И я ему поверил.

— Что нужно делать, сэнсэй? — спросил я.

— Нужен металл и твоя кровь, — сказал он.

Хм.