— А эта?

— Дурман, — ответила Мораг, чуть помедлив, — женщинам даю, когда дитё долго идёт. Воинам с ранами тяжёлыми… осторожно с травой надо.

— Эта чтобы дёсны не болели? — спросила, уводя разговор от опасной травы, заметив нахмуренный взгляд ведуньи. Мне не хотелось сердить или давать повод плохо обо мне думать единственному человеку, который не смотрит на меня с ненавистью в этом странном мире.

— Полоскать отваром надо, — улыбнулась старушка, продолжив обучать меня травоведению, я же всё старательно запоминала, полагая, что эти знания мне пригодятся. Да и чем ещё заняться в маленькой избушке ведуньи? Кроме как изучать травы, выспрашивать о мире Эрин и людях, живущих здесь и понемногу расхаживаться.

Прошло ещё три дня. Каждый я отмечала хвоинкой, воткнутой в мох между брёвен, со страхом ожидая выхода на улицу. Уверенная, что там за дверью тёплой избушки Мораг, меня встретят нерадостно. Достаточно вспомнить насупленные мохнатые брови мужчины, зашедшего к Мораг за сбором трав от болей в животе. Или кривую злобную ухмылку парня лет семнадцати, принёсшего ведунье молока и замёрзший кусок мяса.

— Эйва, брось в котелок крупу, — прервала мои мысли старушка, измельчая в ступе горсть семян.

Где лежит мешок с крупой, я уже знала, молча кивнула, осторожно поднялась на ноги, стараясь не делать резких движений, иначе снова закружится голова. Я прошла к небольшому ларю, вытащив из него тканевый мешок с гречкой, высыпала две горсточки на стол, принялась выбирать из неё мусор.

— Не люблю, когда на зуб попадает камешек, — пояснила удивлённой старушке.

В печи весело потрескивал огонь, тёплый свет двух ламп освещал небольшую комнатку, создавая уютную атмосферу. Едва слышное постукивание и шорох семян в ступе, умиротворяли. Странно, но сейчас мне было хорошо и покойно.

— Завтра уйду, сутки меня не будет, — проговорила Мораг, искоса на меня взглянув.

— Что-то случилось? — спросила, вдруг ощутив необъяснимую тревогу.

— Битэг время пришло, дите надо принять.

— А я?

— Ты сбор доделай, как я учила.

— А если придёт к тебе кто? Что я скажу, — проговорила, чувствуя, как меня захлестнула паника, — можно я с тобой?

— Куда? Силы сперва верни, и сотню шагов не сделаешь, — усмехнулась старушка, чуть помолчав, добавила, — люди знают, что меня не будет.

— Хорошо, — обречённо кивнула, ссыпала в ладонь выбранный из крупы мусор. Промыла гречу от грязи и пыли и только тогда высыпала её в котелок.

— Агнар присмотрит за избой, не бойся, — произнесла ведунья, пристально на меня взглянув, — слухи ходили — Эйва жестокий воин. Арран научил свою дочь убивать…

— Я не помню, — быстро проговорила, взяв из корзины морковь, предложила, — обжарим её на масле? Суп повеселей будет, а то синюшный вид не вызывает аппетит.