Я привезла с собой пробную партию в тридцать штук таких огнестрелов с гравировкой в качестве личного дара бойцам форта. Живых защитников, к сожалению, не осталось, так что оружие отойдет тем отчаянным, кто решил восстановить Патронум.

Оставшуюся часть дня мы провели, слоняясь с Фабером по территории форта. Уже привычные к аудиту разного рода бардака, мы все внимательно осматривали и дотошно расспрашивали колонеля. Стройка велась активно, хотя результаты еще были довольно скромными. Как правило, такое случалось, когда материалы запаздывали, и Фабер подтвердил мое предположение. Артефакты для очистки воды были в избытке, но все полностью разряжены. Кирион выматерился сквозь зубы и зарядил парочку на ходу, оставив остальные на потом. Полевая кухня была скудная, зато порции впечатляли объемом. Разносолов не предполагалось, но с голоду точно никто не умрет.

Мы посмотрели осколки крепостных стен и башен, оставшиеся после осады. Фабер коротко изложил резуьлтат трагедии, но когда я спросила его, почему так случилось, мужчина надолго замолчал.

— Знаете, Ваше Высочество, я за всю бытность военным первый раз такое вижу. Не знал бы, что у кочевников нет магии, никогда бы не поверил. Форт раскатали меньше чем за сутки. Сутки! То есть речь идет не о неделях осады, а о нескольких часах активных боевых действий. Это-то и странно, Ваше высочество.

Странно и страшно, да.

А еще я попросила отвести меня к месту захоронения защитников форта. Колонель совершенно не понимал, зачем моему высочеству идти на это место скорби да еще и расспрашивать, в каком состоянии были тела погибших. Кирион, кажется, тоже не до конца понимал, но я была упряма до отвращения.

Огромная братская могила. Глубокая, чтобы зверье не вздумало полакомиться останками, широкая, чтобы вместить всех, она была расположена достаточно далеко от форта.

И я должна была это увидеть, чтобы знать, чтобы чувствовать. Я должна была навсегда запечатлеть в своем сердце весь ужас произошедшего. Матриарх — не просто красивое слово. Мать своему народу, королева — его часть, его продолжение. И когда народ скорбит, королева должна скорбеть вместе с ним.

Искренне.

К форту мы возвращались уже в сумерках, что заставляло Кириона нервничать.

— Бойцы дежурят ближе к степи, — успокоил Фабер. — Пожалуй, лучшие бойцы, что есть в нашей армии. Будь у каждого их опыт боев на Фронтире, у кочевников не было и шанса.

— И кто же это? — спросила я.

— Оре-Роул, — в два голоса ответили мужчины.

— Она здесь? — удивилась я.

— Да, — кивнул Фабер. — Их же всегда в пекло бросают, вот и кинули к нам.

— Думаете, будет еще нападение? — нахмурилась я.

— Обязательно, — кивнул Фабер. — Такое слабое место. идеальный шанс пощекотать монархию за мягкое брюшко.