И ситуацию разрулила, как грамотный руководитель, и постояльца к себе расположила. Он обещал вернуться, – похлопывает меня по плечу Валерий Степанович, проходя следом.

И вроде бы он улыбается, но по глазам же вижу, что-то не так. Будто он решает в уме какую-то особенно сложную задачу. Для полноты картины еще и чешет щетинистый подбородок.

– Что-то случилось? – не выдерживаю я и спрашиваю.

– Не то, чтобы прям случилось, но нам есть с тобой о чем подумать. В особенности тебе, Евангелина.

– Это что-то новенькое, – смеюсь немного нервно.

Я от одного потрясения не отошла, а тут вот, второе намечается.

– Новенькое у нас –  это хорошо забытое старое, – проходит к рабочему ноутбуку Валерий Степанович, в пару кликов что-то открывая на экране. – Я уже давно держал в уме этот разговор, но в последние недели из-за подготовки к сезону летнему позабыл.

– Что такое?

– Смотри, нашими отелями уже давно интересуется одна крупная компания, –  говорит мужчина, а у меня что-то екает внутри. – Тут в очередной раз прислали запрос на встречу, но ты же понимаешь, без тебя я такого решения принять не могу. А уж тем более, продать часть акций или сбыть совсем. Отель целиком и полностью принадлежит тебе, и решать его судьбу тоже предстоит тебе.

Почему так нервно стало отстукивать сердце?

Рваные “тук-тук”, пауза, “тук-тук” пауза.

Я прохожу к столу, чтобы спрятать нервозность, и, утыкаясь носиком в букет цветов, подаренный Валерием, вдыхаю нежнейший аромат пионов. Удивительно, почти неделя прошла, а они как будто только из теплицы.

Спокойно, Ева, чего ты так разволновалось-то? Да просто чувство странное не отпускает, будто я где-то это слышала.

– Что будем делать, как думаешь, Евангелина?

– А что за компания? – говорю, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Хорошая? Что о них говорят? И что они от нас хотят? – поворачиваюсь к Валерию Степановичу, обпираясь на краешек стола, пряча руки за спину.

– Хорошая, если можно так охарактеризовать многомиллиардный холдин.

– Ого!

– Да-да, они уже давненько добиваются встречи. Хотят выкупить у нас отель или стать акционерами. Условия хорошие, скажу я тебе, но продавать совсем… – Валерий делает неопределенный жест рукой, поморщившись, – я бы не советовал. Возможно, сотрудничать, это да, но это дело твоих родителей, и “Лагуну”... – вздох мужчины, – они всю душу в нее вложили, Ева, – теплеет взгляд седовласого мужчины. – Они бы хотели, чтобы ты продолжила их дело. Серега с Ольгой безумно тебя любили и были уверены в тебе на сто процентов.

Как и каждый раз за все эти два месяца, при упоминании имени родителей, у меня в сердце колет, а глаза на мокром месте. Так непривычно жить с людьми, которые их помнят, которые их любили и которые не боятся о них говорить.