Только когда обхватывал мои скулы и хотел видеть мои глаза, пока я ласкала его ртом.

Мне этого мало.

Вдруг стало мало.

Арман кладет ладонь на мое плечо и разворачивает к себе. Наши взгляды пересекаются и мы больше не произносим ни слова. Он подсаживает меня, вдавливая в стенку до болезненных покалываний, и вбивается корпусом в мое тело. Я развожу ноги и цепляюсь за него, когда Арман отрывает меня от пола и одним жестким толчком заполняет меня.

Я напрягаю руки, чтобы заставить мужчину чуть отстраниться, и запрокидываю голову. Смотрю в его бездонные сумрачные глаза, чувствую его член внутри себя, его опаляющее кожу рычащие дыхание.

— Боже, — шепчу как в бреду и тянусь к его жестким губам.

Он отвечает. Врывается в меня, проталкивая язык между губ и хищно обводит каждый мой уголок. Приручает меня и пробует на вкус, собирая с моего лица капельки пота и воды. Я почти кусаю его в ответ, ощущая его ласки как безумие, мне хочется стонать в голос и наталкиваться самой, чувствовать его глубже и быть с ним единым целым.

Быть его.

По-настоящему.

Без ролей и правил.

Я теряю его лицо, когда меня насквозь пронзают вспышки удовольствия. Дикого и совершенно необузданного. Я сжимаюсь и Арман стонет с вибрирующим рыком, загоняя в меня член глубже. Я ничего не вижу перед собой, но чувствую, как он жестко надавливает губами на венку на моей шее. Он что-то шепчет, пьяно и рвано. Я не могу разобрать и только крепче обнимаю его за плечи.

— Да, да, — шепчу зачем-то.

Арман дергается, делая смазанный толчок, и изливается в меня. Он наваливается на мое тело и я помогаю ему устоять.

— Так, — я запоздало отвечаю на его вопрос. — Теперь так.

Глава 27"

"В номере не горит свет, только желтоватые тени от ночника расходятся по комнате. Арман лежит на кровати, а я сижу на нем, оседлав. Смотрю на свои ладони, которые замерли на мускулистой груди. Они кажутся такими хрупкими на сильном как будто каменном теле Армана. Я легонько вожу подушечками пальцев по его коже и привыкаю к тому, что все это не сон. Все, что произошло между нами на очной ставке, потом в душе и сейчас.

Мы оба уставшие и расслабленные после секса. Шторы захлопнуты, а дверь закрыта на ключ. Мы одни.

— Ты больше не разговаривал с барменом? — я не хочу портить момент, но мне нужно знать.

Я не понимаю, почему тот сказал о моих шрамах. Бармен мог спутать меня с Яной, мы похожи друг на друга как точные идеальные копии, но шрамы… Нет, он сказал это специально. Но для чего? Это как-то связано с моей сестрой? Я гнала все подозрения прочь, чтобы не свихнуться в одиночку в номере, но невозможно постоянно отмахиваться от правды. Мы с Арманом дорого заплатим, если не сможем найти ответы на все вопросы.

— С ним сейчас трудно разговаривать. Один из парней переусердствовал и сломал ему челюсть.