И я была с ней согласна: плат поднимался достаточно высоко, и мы могли видеть раскинувшийся под нами город и громаду замка, нависавшего над ним. В вечерних сумерках город был особенно красив.

— Кто живет в том большом доме? — спросила Деми и даже не постеснялась ладошкой махнуть.

— Это замок Хранителя Закона, — тихо сказала Карин. — Он не слишком хороший человек.

— Почему? — спросила я, а Деми одновременно со мной выпалила:

— Я знаю, он хороший!

— Он олицетворение закона. Не справедливости, а закона.

— Но ведь закон справедлив, — нахмурилась Деми.

А я подумала о том, что если мой бывший муж захочет, то сможет забрать малышку.

У него есть большой дом, титул, банковский счет и хорошие жизненные перспективы. А у меня только съемная пристройка и четыре монеты. Если отдать Деми бывшему мужу, то это будет законно, но страшно несправедливо.

""Прекрати об этом думать, — одернула я сама себя. — Не хватало еще беду накликать"".

— Твоя мама понимает, а тебе еще рано, — тихо сказала Карин и прижала к сердцу изувеченную руку. — Моя история законна, но справедлива ли?

— А что… — начала было Деми, но Карин ее тихо прервала:

— Я не хочу и не буду это ворошить.

— Так, давайте не будем о грустном, — решительно произнесла я. — Нас ждет какао с молоком и новый дом. Он едва обставлен, но зато оплачен на два месяца вперед!

— Ура! — отозвалась Деми, и, когда плат начал снижаться, моя малышка выдала: — Юх-ху-у! Мамочка, я хочу летать каждый день!"

"— Не в ближайшую неделю, — отозвалась я. — Потерпи немного.

— Хорошо, но мой горшочек с терпением стал таким легким, мамочка, — растерянно произнесла Деми.

А я не сдержала улыбки, когда вспомнила, как придумала для нее этот самый горшочек.

И велела, когда становится совсем плохо, совсем грустно и совсем-совсем тоскливо, открывать воображаемый горшочек с терпением и брать оттуда по чуть-чуть. Не думала, что малышка серьезно это воспримет.

— Сейчас у нас все хорошо, и мы будем класть туда понемногу, запасать на страшный день, — шепнула я и, спустившись первой, помогла Деми и Карин.

Через пару минут мы оказались у нашей пристройки, и дочка радостно выдохнула:

— Это самый лучший на свете дом!

Открыв дверь своим ключом, я запустила внутрь Деми и Карин. И несколько минут по дому носился маленький счастливый ураганчик.

— Я буду спать на кухне? — негромко спросила Карин.

— У вас с Деми две комнаты: ее спальня и твоя небольшая комната, — ответила я.

— Вы так щедры, — покачала головой Карин, — вы хороший человек.

Показав Карин и Деми их комнаты, я переоделась в домашнее и спустилась на кухню. Там, в навесных шкафчиках, нашлась даже посуда! Разномастная и совсем не новая, но я была ей очень рада.

Вскоре мы втроем устроились за столом, и пили ароматное, сладкое какао.