— Он написал, что спасал тебя от того брака. Что он знал о том алвориге нечто такое, о чем не мог говорить: клятва. И тогда убедил тебя, что ты слабосилок, что твоя сила ушла. Все было неправдой — он просто поил тебя многократно разведенным экстрактом тайоры. До тех пор, пока ты не поверила, что твоя сила ушла.

— Что?

— Ты сильная, — с нажимом произнесла Арлетт, — а он хотел как лучше.

— С этого «как лучше» начинаются все самые худшие дни в моей жизни, — с горечью произнесла я.

Но в голове, помимо моего желания, закрутились-закружились детские воспоминания. Мама плачет, отец сердит, а кругом маленький праздник в честь ранней помолвки.

Неужели дед и правда спас меня? Но таким странным образом…

— Прошлое бессмысленно осуждать, — тихо сказала Арлетт. — Терпеть не могу фразу «он хотел как лучше», но, кажется, это тот самый случай.

Мне оставалось лишь кивнуть. Сейчас я не могу и не хочу думать о прошлом. Настоящее слишком пугающе, чтобы…

Боль, зародившаяся в кончиках пальцев, стрелой прошла до самого сердца. А вот и крайнее магическое истощение.

— Все прошли через портал? — отрывисто спросила я.

— Нет, что ты, — вздохнула Арлетт, — народу-то около тысячи. Они, конечно, идут сплошной вереницей, там квэнни Меровиг командует, выстроила всех одной цепочкой, и каждую секунду кто-то в портал входит. Вот и получается, что если бы все было идеально, то минут за семнадцать мы бы все справились. Да только… Эх, то кто-то пытается из очереди выйти, то детей выталкивает, мол, спасите в первую очередь. А детей и так поставили вперед, и вместо ребенка там детина здоровенная. Так что уже минут пятнадцать прошло и еще минут десять осталось.

— А купол?

— Купол светлеет, — скривилась Арлетт. — Вся наша надежда на то, что у них нет бойцов.

— Смешная надежда, — вздохнула я. — У тебя есть нож?

— А? Да. Я сегодня с утра за травами ходила и переодеться не успела.

— У меня между ключиц концентратор, — мой голос чуть дрогнул, — вырежи его и вложи мне в левую руку.

Ответом мне стала недолгая тишина и потом ошеломленное:

— Голову напекло?

— Экстракт тайоры, распыленный вокруг мага, оседает на коже и запирает магию внутри.

— У нас схожее образование, Эйлин, — сварливо напомнила подруга.

Но я, не слушая ее, продолжила:

— Однако, попадая внутрь с питьем или едой, экстракт немного изменяет свои свойства. Он стремится соединиться с частичками магии. И чем эти частички…

— Да-да-да, плотнее и крепче, тем сильнее к ним липнет тайора. Учитывая, сколько прошло времени, твои кости уже очистились самым естественным образом. И… Ой.

— Вот тебе и ой. Концентратор внутри меня, и он полон магии, — я усмехнулась, — дед знал, что делал. Он понимал, что не сможет поить меня экстрактом вечно.