Стало душно. На лицо будто опустилась тяжелая подушка.

— Держите спину, квэнни Эйлин, — хрипло произнес Дориан. — Держите спину. Север не покорится.

— Север не покорится, — эхом откликнулась я.

Перед глазами плясали темные мушки. Тело сходило с ума от отсутствия воздуха, а разум… Разум корчился в ужасе от осознания: квэнни, которая «подсказала идею», — я. Это я прикрылась увечным щитом!

Прикрылась, да еще и радовалась: ух, какая потрясающая затея. Тело содрогалось в спазмах. Я пыталась держать спину, но получалось лишь запрокидывать голову и надсадно хрипеть, пытаясь втянуть хоть немного воздуха!

Не представляю, сколько прошло времени, но воздух, живительный, восхитительный, необходимый воздух начал возвращаться!

Окончательно придя в себя, я дернулась и тут же болезненно зашипела: в период беспамятства я так вцепилась в подлокотники стула, что сейчас не сразу смогла разжать пальцы.

— Кто бы мог подумать, что самое важное на свете — это то, что мы не замечаем в повседневной жизни, — хрипло произнесла Лиарет, и я, разлепив слипшиеся от слез ресницы, согласно угукнула.

Дориан все еще был без сознания, как, впрочем, и все, кто изображал Хранителей.

«Потому что никакие ритуалы даром не проходят, — напомнила я сама себе. — И на пользу не идут».

Протянув руку, я коснулась шеи Дориана и выдохнула: пульс есть. От моего прикосновения боец вздрогнул и открыл глаза:

— Я много пропустил?

— Мы все только-только глаза открыли, — сказала я и кивнула на купол, — он еще не начал светлеть. Но вряд ли у нас много времени.

Поднявшись на ноги, я чуть потянулась, разминая затекшее тело. Дориан же, посмотрев на купол, поежился и мрачно произнес:

— Нам нужно дождаться прихода Хранителей.

— Вера в королей Сагерта прекрасна, — Маэлин гневно сдула с лица золотую прядку, — вот только они не на пикнике. И вернутся без сил. Все, что они смогут, — героически сдохнуть рядом с нами.

Мы замолчали. Мне было страшно стыдно, ведь уж кто-кто, а я-то должна была понять это первой! Ритуал был рассчитан именно мной и… Мать-Магия, там идет такой расход сил, что жизни Хранителей под вопросом! Куда уж им сражаться еще.

— А если подписать? — предложила я. — Они потом могут этими подписями только подтереться.

— Спорно, — покачала головой Лиарет. — Это затянется на много-много лет, да еще и реакция Матери-Магии неизвестна. Все же мы все ее дети. Она не делит нас на хороших северян и плохих имперцев. Тем более что как минимум двое из здесь присутствующих из Империи. Я, к слову, уроженка Онхельстера.

Последнее было сказано явно для меня.

Онхельстер, Онхельстер… Ох и дивное местечко! В самом плохом смысле. Там у женщин прав гораздо меньше, ведь все нововведения доходят с опозданием в пару лет.