– Алана знает о твоей гостье?

– Ты прибухнул, что ли? Видишь же, на крыльце держу ее.

– Р-р-р, некрасиво вышло, – рычит Карим. – В театр ее сводить позволишь?

– Веди, – пожимаю плечами. – Но учти…

– Да-да, руки не распускать, за языком следить, не совращать. Закончим с дилершей, свожу. Все, топай.

Придется Алану с собой брать. В дом ей нельзя. На улице оставлять жестоко.

– Карим, это тебе, – она протягивает ему чай, когда мы возвращаемся на крыльцо.

Краем глаза улавливаю, что этот говнюк все же касается ее руки, когда забирает презент. Падла такая!

– Спасибо, Алана.

– Если понравится, у меня есть еще.

– Уверен, что понравится.

– Ну все, нам пора! – Беру сестру за руку, отвожу к машине и усаживаю на сиденье под пристальным взглядом Карима… с пакетиком чая в руках. – В аптеку смотаемся, тут недалеко, – поясняю Алане, садясь за руль и выводя тачку со двора.

– Кто-то заболел? Карим? – беспокоится она.

– Да нет, витамины нужны. Аскорбинки там, гематогенки, витамишки всякие.

Алана недоверчиво морщится. Моим церберам – витамишки? Хоть бы что-то посерьезней придумал. БАДы какие-нибудь, цианистый калий.

Оставляю ее в машине, когда паркуюсь возле аптеки. Нечего ей свой маленький, но любопытный носик в наши дела совать. У нее одна забота – сохранить свою чистоту и честь семьи, чтобы достойной женой Карима стать.

– Тест на беременность! – Бросаю фармацевтше пару купюр.

Ее глаза вылезают из-под очков и ползут на лоб.

– Сколько? – растерянно переспрашивает.

Добавляю еще купюру:

– На все.

Пожав плечом, фармацевтша уходит за дверь и возвращается с несколькими коробочками тестов. Не думаю, что Кариму столько надо. Просовываю руку в окошко, беру коробку сверху, отставляю отдельно, а остальные отодвигаю.

– Сколько в одной?

– Десять.

– Хватит, – киваю. – Заверните во что-нибудь непрозрачное.

Поведя бровями, она возится с белым пакетиком и спрашивает:

– Что-нибудь еще?

– Гематогенок каких-нибудь на сдачу.

– На всю?

Да что она меня так напрягает-то?!"

"– Ну можно еще презервативов упаковку, – скалюсь, окончательно приводя ее в ступор.

На ее лице так и прописывается вопрос: «Не поздно?», – но молча насовывает в пакет гематоген, пробивает чек и отдает мне покупку.

Сдачу не жду. И так бесит все. Возвращаюсь в машину, бросаю пакет на заднее сиденье и разворачиваюсь домой.

– А можно мне одну? – осторожно интересуется Алана, поглядев назад через плечо.

Поправляю зеркало заднего вида и вижу, что разноцветные упаковки рассыпаны по сиденью.

– Возьми.

Отстегнувшись, Алана юркает промеж кресел, шуршит, выбирая вкус, и вдруг охает. Садится обратно, держа в руке коробку с тестами.

– Тебе кто разрешал лезть в пакет?! – рычу зло.

На ее глаза наворачиваются слезы. Губы дрожат, руки трясутся.