Люсьена Никита узнал почти сразу и приветливо ему кивнул, второй же посетитель, хоть и напоминал элегантно одетого денди, никак не отождествлялся ни с кем в его памяти. Никита хмуро оглядел пижонистого визитера, но, узрев в его руках ящик пива, расплылся в радушной улыбке.

– Никита! – протянул он руку Олейникову. – Ботинки снимайте, а то предки скандалят…

Люсьен с Олейниковым разулись, аккуратно поставили свою обувь рядом с десятком других ботинок у двери и прошли на кухню.

* * *– Я б тоже сейчас пивка попил… – скулил Юров, поглядывая из машины на окна дома, перед которым такси высадило Люсьена с Олейниковым.

– Ты лучше думай, как узнать, к кому они пошли! – цыкнул на него Грошев.

В этот момент из распахнутого окна на третьем этаже вылетела пустая пивная бутылка и хлопнулась, разлетевшись на сотни осколков, об капот серой «Волги».

– Вот сволочи! – вскричал Юров, выскакивая из машины.

– Ты что! – заорал на него Грошев. – Быстро на место! Засекут! Сиди и делай вид, что читаешь газету…

Юров нехотя вернулся на место и развернул «Правду».

* * *Олейников прикрыл окно и сел за кухонный столик напротив Никиты, допивавшего из горла уже третью бутылку пива.

Потягивавший пенящуюся жидкость из высокого фужера Люсьен с тоской поглядывал на пустеющий на глазах ящик.

– Ну, за хороших людей! – воскликнул Степанков, извлекая из ящика очередную бутылку. – Хорошему человеку я всегда рад помочь, но вот… как ты сказал? Яшку? Яшку не знаю…

– А кто знает? – спросил Олейников, чокаясь с Никитой бутылками.

– Я в эти дела валютные не лезу. Меня и так сейчас отчислить из института пытаются, – доверчиво сообщил Степанков. – Отец еще не в курсе.

Узнает – убьет.

И, разволновавшись, Степанков лихо, в несколько крупных глотков, осушил бутылку.

Олейников потянулся к ящику за пивом.

– Стой! – неожиданно воскликнул Степанков, перехватывая его руку. – У меня есть идея. Ты футбол любишь?

– Ну… – пожал плечами Олейников. – Недавно вот по телевизору смотрел. Кубок Европы.

– Генку Уланова знаешь? – с горящими глазами спросил Никита.

– Месье Уланофф команда «Торпедо» играет, – авторитетно сообщил Люсьен.

– И за сборную! – воскликнул Степанков. – Так вот, Генка должен Яшку знать. Сто процентов! Он из зарубежных командировок всякие шмотки привозит, валюту тоже.

Шмотками фарцует, а валюту небось этому Яшке и сдает.

В этот момент в кухню заглянула Алена.

– Я там прибралась немного… – сказала она. – Надо бежать. Хотела сказать до свидания.

– Вот, друзья, знакомьтесь! – фамильярно махнул в ее сторону рукой Степанков. – Милейшее создание, начинающая поэтесса, а в недалеком будущем – гордость нашей культуры…

– Алена… – улыбнулась начинающая поэтесса Олейникову.

– Петр… – улыбнулся он в ответ.