Но пока подрабатывала у меня в ресторане. Лорейна не была против. За прошедшие годы она уяснила, что у меня нет никаких коварных планов уводить ее мужа, и успокоилась. Сэм продолжил быть для меня просто другом. А я… я так и не смогла впустить кого-то в свое сердце.

Подумав об этом, я вздохнула и пошла на кухню. К открытию нужно было подать рыбные пироги — их любили брать спешащие по своим делам горожане, чтобы есть прямо на ходу. За время существования ресторана в городе распробовали устриц. Теперь они стали фирменным блюдом заведения! Приезжали их попробовать и из соседних городков. Недалеко находился порт, так что захаживали ко мне и путешественники из дальних краев, услышавшие о диковинке.

Так что мне и Сэму пришлось позаботиться о том, чтобы расширить устричную ферму: теперь требовалось гораздо больше моллюсков! Ему я за помощь заплатила, хотя он и отбивался всеми руками и ногами. Но Сэм так помог мне тогда, в самом начале, что я хотела хоть как-то его отблагодарить. Раз и так немного разбила ему сердце.

Сама же я не страдала по поводу того нашего поцелуя. И радовалась, что у нас не зашло дальше. Я не любила Сэма. Просто была запутавшейся, напуганной после кораблекрушения, в чужом мире и в чужом краю, не зная, куда идти и что делать. Он дал опору, и я потянулась к нему. Но если бы позволила себе больше, то в итоге винила бы себя, что дала ему ложную надежду. Мое сердце стучало рядом с ним спокойно и ровно. А сбивалось с ритма лишь ночами, когда во снах я снова видела Вейла."

"Хотя у меня за эти годы были и другие поклонники, кроме Сэма! За счет ресторана, своего дела, мне приходилось много двигаться и работать, да и привычку заедать нервы я поборола. Перестало постоянно тянуть схомячить что-нибудь сладенькое, зато я стала чаще гулять по вечерам вдоль берега, причем, гулять изначально с двумя младенцами на руках! Так что быстро начала сбрасывать лишний вес. И в итоге хоть и не до модельных девяносто-шестьдесят-девяносто, но похудела. И за счет этого похорошела, оставшись по-прежнему румяной, пышнощекой и при фигуре, но уже заметно ушив свои платья. Эти изменения не остались без внимания — в моей жизни появились комплименты, цветы, приглашения на свидания… Но никто не мог зацепить мое сердце.

Наверно, в нем все еще остался мой муж? Ведь в отличие от всех остальных я знала, что Вейл жив. И по доходящим из столицы королевства слухам он все еще не женился.

«А вдруг он тоже не может забыть обо мне?» — эту мысль я гнала от себя всеми силами.

* * *Кристиан очнулся на грязной койке и поморщился. Голова кружилась и раскалывалась. Пол под койкой в буквальном смысле ходил ходуном. Беглый осмотр себя любимого и ощупывание ничего не дало. Болело все тело, причем, так, будто его били ногами.