Просто ему не повезло оказаться здесь в мрачное время суток, когда сумерки вызывают в сердце человека гнетущую тоску.

А каково зимой, когда на море шторм, а снег заваливает дома во тьме…

Он задрожал при мысли об этом.

Но что-то здесь по-настоящему пугало его. Чтобы это могло быть? Что тут таится?"

"Нет, что-то он чересчур поддается этому сумеречному настроению! Он чувствовал себя усталым и измотанным, отчасти из-за лишений и плохого самочувствия в тюрьме, а отчасти из-за непривычной перегрузки. К тому же он был голоден и страдал от морской болезни.

От скал исходил холод, и он сильно продрог.

При таких обстоятельствах не трудно было совсем потерять мужество.

Зачем он вообще прибыл сюда? Почему он сразу не отправился домой, в теплый чудесный светлый Гростенсхольм?

Его мать и отец не желали писать ему. Они даже не попытались вызволить его из тюрьмы.

Может быть, у них там что-нибудь случилось?

Каким же идиотом он был, отправившись перво-наперво в Эльдафьорд! Домой, вот куда нужно было ему ехать!

Но теперь он уже здесь. У цели.

Тоже мне, цель! Найдется ли в Норвегии более мрачное место?

Больше уже не оглядываясь, он снова взялся мозолистыми руками за весла. Но ему было не по себе, пока он плыл дальше по рукаву фьорда. Он затылком чувствовал, что кто-то наблюдает за ним злобными глазами из маленькой рыбачьей бухточки.

Он просто не осмеливался больше смотреть назад.

Вместо этого он неотступно глядел на большой фьорд. Но вскоре он исчез из виду, и было видно голые скалы.

Не очень-то привлекательное зрелище.

Вода вокруг лодки казалась иссиня-черной и холодной, благодаря отражавшемуся в ней горному массиву.

Трудно было сказать, что таилось в глубинах этих вод. Может быть, оттуда выскочит сейчас затаившееся на дне чудовище?

Эскиль сжался всем телом и чуть не закричал, когда лодка наткнулась на что-то и с жутким скрежетом остановилась. На миг ему показалось, что сердце вот-вот остановится от страха; лицо пылало, руки тряслись.

Но он тут же понял, что произошло. Просто он достиг суши. Наткнулся на подводный камень возле самого берега.

На пристани стояли люди и обсуждали его промах.

Среди них было двое детей. Несколько мужчин оперлись на перила. Какая-то упитанная и брюзгливая на вид дама, а также две молоденькие девушки, шепчущие что-то на ухо друг другу и хихикающие. Обе они имели вовсе не враждебный вид — наоборот!

Одна из них была даже красивой.

Больше ничего Эскилю увидеть не удалось. Он поспешно вылез из лодки, чтобы столкнуть ее с подводного камня. С натянутой и смущенной улыбкой кивнув — преувеличенно добродушно — собравшимся на пристани, он пошел, опираясь на весло, к берегу. Мальчишки тут же бросились в воду и ухватились за форштевень, поскольку Эскиль чуть не потерял равновесие.