В клубе и тучная повариха томно вздыхает, втягивая живот, когда он сует свой породистый нос в закуски, проверяя, все ли идеально. Как выяснилось, не все. Купив клуб, Мирасов позволил заведению работать в штатном режиме, а потом объявил, что через пару недель мы закрываемся на реконструкцию.

Новость для меня откровенно паршивая, ведь здесь я зарабатываю больше всего! Теперь без денег сидеть придется.

Я уже подумываю над тем, куда податься. Надо посмотреть объявления, прикинуть, сходить на собеседования.

Сидеть и куковать без денег я не собираюсь, сосать лапу не вариант, а про другой вариант, связанный со словом «сосать» даже думать не хочется! Хотя предложения поступают. Чаще всего от мужиков, которые с внуками нянчатся, а сами все норовят нырнуть под юбку молоденьким официанткам, предлагая «вкусный сюрприз». В гробу я ваш сюрприз видала, старики.

Собрав все полотенца, намереваюсь пройти в коридоре. Мирасов лишь немного подается в сторону, показывая, мол, проходи. Я протискиваюсь и вдруг… снова хлопок.

Вздрогнув, я рассыпаю чертовы полотенца и возмущенно прикрываю зад ладошками.

За спиной рассыпается смех.

Расул хохочет.

У него на удивление заразительный, почти мальчишеский, ужасно задорный смех! Так и тянет ответить, но…

— Чего ты за свою жопоньку схватилась, Санька? Я лишь по стене шлепнул. Ладонью.

Не сводя с меня змеиного, пристального взгляда, он повторяет свой жест и хлопает.

Тот же самый звук раздается!

То есть он просто надо мной потешается…

Нравится ему меня доводить.

— Вот и шлепайте. По стене. Как настоящий уш…

Едва не вырвалось нехорошее слово.

Быстро прикусываю свой язык, но теперь… точно пройти не получится.

Всего одно движение — и я распластана по стене. Одна рука хозяина на моей шее, вторая — на стене. Ладонь крепко лежит на шее, большой палец неторопливо поглаживает линию подбородка.

— Кажется, ты хотела назвать меня ушлепком? — интересуется вкрадчивым, бархатным голосом.

— Я тут снова полотенца… рассыпала. Можно я их соберу?

Пинком Расул отбрасывает их в сторону, не глядя. Смотрит мне в глаза.

Ритмичное поглаживание его пальца сводит меня с ума.

Плюс парфюм.

Плюс жар сильного, красивого тела.

Ничего такого, правда, но я однажды видела, как он трахал жену бывшего хозяина заведения. Ох, как он ее трахал, как в порнухе долбил мощными рывками.

Рубашка была распахнута, обнажая крепкий торс. Пот стекал по груди… Челюсти сжаты, брови нахмурены."

"Тогда он меня… заметил. Я чуть со стыда не провалилась, оцепенела на миг, пойманная его взглядом. Он усмехнулся и задолбил несчастную еще сильнее.

Впрочем, она не выглядела несчастной, скорее, рыдала от счастья, извиваясь на столе перед мужчиной.

И теперь эта картинка меня… преследует.