– Выбери меня… Тай, я… – и вздрогнула, понимая, что погибнуть от его рук не так страшно, как сказать: – Я люблю тебя.

Опустила ресницы и закусила губу до боли – я не хочу видеть его реакцию на эти слова. Я слишком боюсь встретить его равнодушие.

Подушечки его пальцев погладили краешек моих губ, а затем Тай поддался ко мне – его горячие губы приникли к моему рту.

Боюсь, этот поцелуй выжег весь воздух у меня из легких, проник всюду – в каждое биение сердца, в мысли, во все движения. И я постыдно расплакалась, и повисла на его шее:

– Я люблю тебя, – прошептала со всей горячностью, на которую была способна: – Я безумно люблю тебя, Тайгет Касар.

Он лишь тихо удовлетворенно застонал в ответ, сминая меня в объятиях и падая вместе со мной на спину.

Над нами все еще зияло пустотой ночное небо, в котором не было ни одной звезды.

Когда раздался первый вопль из здания бывшего убежища, Тай сжал меня сильнее, и я спрятала лицо у него на груди и закрыла уши руками.

***

Если я и перестаралась, то Тайгет никоим образом не показывал, что беспокоится об этом. Кровь не останавливалась, и я ощущала неприятную, удушающую слабость. Я выпачкала джинсы, куртку и даже сидение старенького «Рено».

В машине почти не осталось бензина."

"Бензин вывезли из резервации еще утром, как и всю технику, но потрепанный темно-зеленый «Рено», каким-то образом лишившийся левой фары, оказался никому неинтересен. К счастью, он был на ходу.

Когда Тай молча открыл окно, глотая холодный воздух, моя уверенность в его стойкости дала солидную трещину. Его длинная челка упала ему на глаза. Он безотрывно следил за участком асфальта, лишь на секунду попадающим под свет фар и исчезающим под колесами, но все его жадное внимание, его лютый голод и желание принадлежали исключительно мне.

Он неожиданно съехал на обочину и вышел из машины.

Я слышала, как он роется в багажнике, а затем распахивает дверь с моей стороны. В его руке зажата аптечка.

Взгляд сдирает с меня кожу.

– Не могла придумать что-то поумнее, Эля?

– Разве не сработало? – невесело улыбнулась я. – Ты пришел, чтобы меня спасти.

– Чтобы спасти? – он ждет, когда я добровольно сниму куртку и закатаю пропитанный кровью рукав толстовки. – О'кей, можно и так сказать.

– А разве нет?

– Нет.

Я дрожу от холода и страха, когда Тайгет безмолвно разматывает бинт.

– Ты умеешь оказывать первую помощь? – невероятно, где он этому научился.

– Я знаю, как функционирует твое тело. Остальное несложно.

– Тебе хочется…

Он вскидывает взгляд, отрываясь от разглядывания пореза на моем предплечье.

– Облизать тебя? – его усмешка делает свое дело, в моем животе порхают бабочки.

Мое сердце начинает выбивать дробь, когда он берет меня за запястье, приподнимает мою руку, и прикасается языком к моим пальцам.