Опять две новости: хорошая и плохая

Сначала Женька подумал, что это сон, потом, что остатки вчерашней истерии, и лишь с третьей попытки мысль все же достигла цели – этот женский вопль новый и вполне настоящий.

– Да что со мной такое? – говорил он сам себе, пробегая босиком по палубе в сторону источника крика. – Видел бы меня мой преподаватель психологической реакции, пристыдил бы за такую медленную и тупую оценку ситуации своим лучшим учеником.

Слава богу, было не так стыдно оттого, что прибежал на крик он почти первым. Потому как возле двери стоял Яков, полностью одетый, видимо прогуливавшийся с утра, и пальцем показывал на источник немыслимого звука. Дверь каюты, откуда шло завывание, схожее с сиреной, была не заперта, в центре стояла Аннушка и трясла руками перед собой. Делала она это с такой силой и неистовством, что было не понятно: то ли она так хотела смахнуть с них кровь, то ли чтобы они, проклятые, отвалились от тела и исчезли навсегда. Не только руки были испачканы кровью, но и белое платье по бокам, словно девушка пыталась вытереть руки об него. Волосы вместо привычной японской шишки были распущены и взлохмачено висели вокруг лица, создавая эффект сумасшествия.

– Успокойся, – сказал Женька тихо, чтобы не напугать девушку, и, подойдя ближе, увидел Эльвиру Альбертовну – пожилая грузная дама сидела в кресле, откинув неудобно голову назад, но беспокоиться о неудобной позе не стоило. Из груди у нее торчала рукоятка ножа, а от нее вниз текла струйкой кровь. Вернее нет, она текла часа четыре назад, оценил рану Евгений, а сейчас это просто застывшая линия бурого цвета.

– Стоять! – закричал Женька так отчаянно, что подоспевшие пассажиры сонного теплохода тут же остановились в дверях. Силой он все же вытолкнул девушку Аню, рыдавшую и не знавшую, куда деть свои окровавленные руки, в коридор и закрыл дверь.

– Что там? – задавали вопросы то тут, то там, требуя от Евгения ответа.

– У нас вновь две новости, друзья: хорошая и плохая, – сказал Женька так громко, чтобы было слышно даже стоявшим в конце длинного коридора пассажирам. – Начну с хорошей. Кортик Петра Великого нашелся.

Вздох облегчения прошел по окружающим его людям, но Женька знал, что это ненадолго.

– Но есть и плохая новость, – продолжил он без перехода, – нашелся он не там, где хотелось бы всем нам, а Эльвире Альбертовне в частности, потому как она им убита.

По толпе прошел вдох страха и непонимания, и ворох мыслей пролетел над ней: как с ними могло такое случиться. Так уж устроен человеческий мозг. Нам кажется, что происшествия могут случиться с кем угодно, только не с нами, и это тоже часть системы защиты нашей психики.