Как только они остановились, Алекс сделала глубокий вдох и проговорила:

– Оуэн поцеловал меня и сообщил, что собирается жениться на Лавинии.

– Что?.. – изумилась графиня. – Да как же он…

– Подожди, Кэсси… – Люси подняла руку. – Нам нужны подробности. – Герцогиня повернулась к Алекс и спросила: – Он поцеловал вас, а потом сразу же сообщил о своем намерении жениться на Лавинии? И как вам поцелуй? Он был страстным или дружеским?

– Страстным. Совершенно определенно страстным, – ответила Алекс, делая еще один глоток шампанского. – Но, по правде говоря, Оуэн сначала сообщил мне о своем намерении.

– О, дорогая, оказывается, вы многого нам не рассказали, – перебила Кэсси. – Что же вы делали в трущобах?..

– Это долгая история. Но я туда поехала, а Оуэн последовал за мной и…

– И поцеловал вас? – перебила девушку Люси. – Поцеловал в трущобах? Мне это совсем не кажется романтичным.

– Нет, не в трущобах. Там он сказал мне, что собирается жениться на Лавинии, поскольку я спросила о его намерениях. А потом я вернулась домой.

Кэсси нахмурилась.

– Так когда же он вас поцеловал?

– Прошлым вечером в саду моего отца. Я не пошла на званый обед и вместо этого спустилась в сад, чтобы немного подышать свежим воздухом. А Оуэн тоже оказался там и…

– Погодите, погодите… – Кэсси вскинула руку. – Значит, сначала мой брат поехал за вами в трущобы, а потом пробрался в сад вашего отца и поцеловал вас? Я правильно все поняла?

– Нет, Оуэн не пробирался в сад. Его пригласили на обед, но он, должно быть, вышел подышать в то же время, что и я. Я случайно увидела его в саду и…

– Тогда он вас и поцеловал! – Люси торжествующе вскинула указательный палец.

– Да, – кивнула Александра.

– Но это же замечательно! – воскликнула Люси.

– Говорите, замечательно? Но почему?

– Да-да, почему это замечательно? – спросила Кэсси.

– Неужели не понимаете? – Герцогиня улыбнулась. – Ведь он поцеловал ее после того, как сообщил о своем намерении в отношении Лавинии.

– Но это делает его законченным негодяем, – возразила Кэсси, снова нахмурившись.

– Вовсе нет, – продолжала Люси. – Он был бы законченным негодяем, если бы сначала поцеловал Алекс и только потом рассказал о своих намерениях.

Александра прижала к щекам ладони.

– Ох, я совершенно не понимаю… – пробормотала она.

– Видите ли, сначала он сделал это заявление, а потом все-таки не смог сдержаться и поцеловал ее. Это хорошо. Очень даже хорошо.

– А… теперь понимаю, – закивала Кэсси. – Да, возможно, ты права.

– Вы считаете, что Люси права? – спросила Алекс, повернувшись к Кассандре.

– Да, – кивнула графиня. – Оуэн хочет сдержать слово, которое дал отцу, но вместе с тем он потерял от вас голову.