Но думаю, он и так это знает. – Джейн улыбнулась, поправила очки и вновь сосредоточилась на чтении.

Алекс вышла из библиотеки и направилась обратно в бальный зал. Внезапно она услышала звонкий женский смех, а затем – голос Оуэна.

– О, вы не знаете, каким плохим я могу быть.

Алекс замерла на мгновение. О, как же ей хотелось остаться в коридоре… Но девушка решила идти дальше. Чем быстрее она уйдет – тем лучше. Но как же пройти мимо этих двоих? Может, вернуться в библиотеку? Нет-нет! Тут же отогнала эту мысль. Нет, она пройдет мимо Оуэна с высоко поднятой головой.

Да, именно так она и поступит.

Алекс старалась на смотреть на мужчину и женщину, стоявших в конце коридора. Но через несколько секунд женщина в испуге вскрикнула, и Алекс, невольно повернув голову, увидела глаза Оуэна.

Он тотчас потупился и с виноватым видом он отошел от миссис Клэр.

– Добрый вечер, Алекс, – произнес он.

Александра молча кивнула. Она хотела пройти мимо, – но ее ноги словно приросли к полу. А Оуэн вдруг проговорил:

– Вы не должны находиться здесь, Алекс. Не должны видеть это.

Пристально взглянув на него, девушка отчетливо проговорила:

– Именно я не должна видеть? Пожалуйста, милорд, поясните.

Вдова внимательно посмотрела на нее и, поплотнее запахнув накидку на плечах, тихо сказала:

– Не должны видеть то, чем занимаются взрослые люди, дорогая. А теперь бегите играть с остальными детьми.

Алекс вздрогнула от этих слов словно от пощечины. Но все же она заставила себя вскинуть подбородок и снова взглянуть на Оуэна.

– Так вот, кто я для вас? – проговорила она с дрожью в голосе. – Ребенок, да?

Вдова громко и непристойно рассмеялась.

Казалось, она хотела сказать еще какую-то колкость, но Оуэн, вскинув руку, остановил ее.

– Ступайте обратно в зал, Алекс, – сказал он, нахмурившись.

Глава 31

Оказавшись в спальне вдовы, Оуэн вдруг понял, что не останется у нее на ночь – просто не сможет, вот и все. Хелена была восхитительна, соблазнительна и роскошна, но он, находясь с ней рядом, абсолютно ничего не чувствовал; в его душе как будто образовалась огромная пустота. А перед глазами то и дело возникало милое лицо Алекс. И было совершенно очевидно: когда она вскинула свой изящный подбородок и пристально посмотрела на него, она с трудом сдерживала слезы.

Черт бы его побрал! Да ведь он – самый настоящий мерзавец! И Алекс слишком хороша для него."

"Оуэн судорожно сглотнул и убрал руки вдовы со своей шеи. Женщина тотчас надула губы и проговорила:

– Что такое, дорогой?

– Мне нужно идти. – Оуэн сделал шаг назад.

– Идти? – Вдова гортанно рассмеялась. – Ты, должно быть, шутишь.

– Нет, не шучу. Я понял, что… э… неважно себя чувствую.