Влюбившаяся в Средиземное море и Сицилию, Мила не отстала от мужа, пока тот не построил ей аккуратный, в итальянском стиле дом с выходом к пляжу и огромным садом по соседству с нашим. Особенно обрадовались новости о совместной поездке старшие дети: Надия и Марк.

Сицилия… Вдохнув солоноватый тёплый воздух, я закрыла глаза. Нащупала вышивку на одеяльце дочери и провела по выпуклой букве «Т».

— Как вижу вас вместе, — услышала я голос Алекса за спиной и подняла голову, — прихожу в замешательство.

Муж коснулся моих плеч, обошёл кресло и присел на край стола. Спящая в одеяле у меня на руках Теона наморщила пуговку носа, причмокнула губками.

— Смотрю на Надьку, думаю: вот она – самая прекрасная женщина на свете, а потом на Теону…

— Скажи ещё, что больше всех в недоумение привожу тебя я.

— Конечно ты, — Алекс склонился над столом, придержал меня за подбородок и оставил на губах короткий обжигающий поцелуй. – Кто ещё, если не ты?

Услышав шаги со стороны входа, мы повернулись. Вошедшая Мила поставила на плетёный столик поднос с покрытым капельками воды графином и двумя высокими стаканами.

Ничего больше не сказав, Алекс ушёл. Только напоследок одарил меня вызвавшим волнительную дрожь взглядом. Милана разлила по стаканам холодный персиковый сок и, устроившись в кресле рядом, задумчиво посмотрела на катящееся к линии горизонта огненное солнце.

— Я всё думаю… Он не может быть моим отцом, Стэлла, — вкрался в умиротворённую тишину тихий голос Миланы.

Мотнув головой, она решительно сжала стакан пальцами. Повернулась ко мне.

— Как Ангелина?"

"— Проходит курс реабилитации. Когда-нибудь я попробую встретиться с ней ещё раз, но сейчас… — вместо окончания фразы она сделала глоток. – Артур докладывает всё о её состоянии Вандору, он – мне. – Кривая усмешка на мягких губах. – А, может быть, не всё. Но я уже не понимаю, как лучше. Не понимаю, Стэлла. Я так хотела узнать, кто мои родители, а теперь… Бойся своих жеданий.

О том, что женщина, благодаря которой Милана появилась на свет, находится в больнице в тяжёлом состоянии я узнала спустя несколько дней после устроенного Алексом «морского фейерверка». Подозреваю, примерно в то же время узнала об этом и Милана. Как стало позднее известно из отчёта начальника безопасности Вандора, когда её привезли в клинику, никто не давал гарантий, что Ангелина останется жива. Многочисленные переломы, ссадины по всему телу и ожоги.

— Вряд ли это совпадение, — аккуратно заметила я.

Теона у меня на руках закряхтела, заёрзала, и я несколько раз качнула её. Малышка успокоилась. Шум листьев убаюкивал, как и звук накатывающих на берег волн.

Милана поджала губы и повторила с упрямой ожесточённостью:

— Этот человек не может быть моим отцом, Стэлла. Не может.