Иван вздохнул и достал из шкафчика пресловутую банку с деньгами. Банка или, вернее, ваза была сама по себе – как арт-объект. Изогнутая, сюрреалистической формы, со странными изгибами, она явно выдувалась специально – под заказ или ради развлечения. Внутри вперемешку лежали купюры: сторублевые, пятисотки, тысячные, даже несколько пятитысячных. Беспечный Иван. Кажется, несколько купюр вообще не российских, но не доллары или евро. Одна денежка с изображением английской королевы. Еще одна – с бородатым мужчиной и какими-то закорючками, похожими на иероглифы. Снизу звенела мелочь.

Иван засунул руку в банку и принялся копаться там, вылавливая нужные купюры. Достал две пятитысячные и несколько тысячных.

– Зачем столько? – испугалась Ира.

– Берите-берите, больше не меньше. Мало ли чего понадобится.

И с этими словами он вложил деньги в Ирины руки. Сережа, который при этом стоял рядом, посмотрел на Чемезова каким-то странным взглядом. А когда Ира скрылась за дверью, он повернулся и склонил голову в неодобрении.

– С чего ты взял, что она вернется?

– Что? – скривился Чемезов в отвращении. – За кого ты ее принимаешь?

– А ты? – без задержки ответил Сережа.

Чемезов молчал в растерянности, не зная, что ответить. Тогда Сережа подошел к окну и чуть отодвинул штору, бросив короткий взгляд на улицу.

– У тебя в квартире картин на миллион, Ваня, а ты притаскиваешь неизвестно кого, оставляешь тут без присмотра. Ведь ты даже не знаешь ее настоящего имени. Она просто свалилась тебе на голову. Ты думаешь, это просто совпадение?

– Это гадко, Сергей.

– Я только призываю тебя быть осторожнее. Ты не привык к дурным людям, а они есть. Может быть, она специально с тобой познакомилась.

– Это я с ней…

– Да-да-да, я понимаю. Она могла все подстроить, чтобы ты так и подумал. Сам, конечно. Небось еще и уговаривал. Ладно, ты большой мальчик и можешь отвечать за свои действия. Просто… проверь ее, что ли. Если она вернется, конечно.

Иван Чемезов почувствовал, что имеет твердое желание ударить Сережу кулаком по лицу. Ему потребовалось серьезное усилие, чтобы погасить этот порыв. Он молча ушел в студию и принялся просматривать свои эскизы, пытаясь понять, что его так зацепило в Ирине. И не окажется ли Сережа прав? Может ли так случиться, что Ирина больше не вернется? От этой мысли ему хотелось ударить Сережу еще сильнее.

* * *Ирина стояла, озираясь, посреди незнакомой улицы. Было бы здорово, если бы, как в старые добрые времена, тут поставили бы камень. Направо пойдешь – коня потеряешь, налево пойдешь – магазин продуктов с хозяйственной секцией найдешь. Прямо пойдешь – в набережную упрешься. По земле летел тополиный пух, напоминая тонкий снежный покров, и ощущение реальности от этого разрушалось еще больше.