Чемезов был суеверным, он боялся, что, как только он выставит ее портрет в галерею, как только их совместная работа окажется завершенной, Ирина упорхнет и исчезнет навсегда.

«Мы займемся им сразу после выставки», – говорил он девушке. И целовал ее в губы. В ее красные, обветренные и припухшие от бессчетных поцелуев губы.

Ирина готовила завтрак, сидела на столе рядом с мольбертом и болтала ногами. Иногда она подбирала в подъезде бесплатную газету и принималась со смехом читать объявления, теоретизируя насчет авторов и их мотивов. Время от времени она получала телефонные звонки, и тогда она могла исчезнуть на целый день. Однажды ее не было до самого утра, и Иван всю ночь писал ее портрет, растравляя себя мыслями о том, что больше его лесная фея с глазами цвета папоротника (или ведьма, это как посмотреть) не вернется к нему.

Может ли она просто встать, выйти за дверь и исчезнуть? Это было бы слишком жестоко? Люди способны на что угодно.

Иван не отвечал на звонки Натальи, не хотел разговаривать с Сережей ни о чем, кроме вещей, обсуждение которых было невозможно отменить или отсрочить. Даты открытия выставки. Фотосессия в галерее. Завтрак с потенциальными клиентами, которые хотели помимо одной из его картин купить еще немножко его самого, его богемной жизни, притвориться друзьями, поговорить о тенденциях, вместе посмеяться над чем-нибудь и похлопать друг друга по плечам. Иван делал все механически. Курс, который он преподавал, тоже подошел к концу, и ничто не мешало ему гореть в этом пламени самопознания, лжи и страсти. Каждый раз он боялся ее потерять.

Каждый раз Ирина возвращалась, заставляя его сердце стучать чаще, как отзвук поворачивающегося в двери ключа.

– Ты можешь пообещать мне, что скажешь?

– О чем? – удивилась Ирина.

– Предупредишь меня, когда решишь уйти? – попросил он как-то ночью, тихонько целуя ее волосы. Ваня обнимал Ирину, лежавшую к нему спиной. Он пытался запомнить это чувство близости ее покорного тела, впитать ее запах, отпечатать в ладонях каждый изгиб ее бедер.

– С чего ты взял, что я могу уйти вот так? – удивилась Ирина. Больше всего ее поразило, насколько точно его страх отражал ее собственный. Она повернулась к нему и запустила руки в его светлые волосы.

– Нет? – выдохнул Чемезов.

– Обещаю, – улыбнулась она. – Ты что, хочешь, чтобы я ушла?

– Я боюсь испугать тебя, если скажу, чего я хочу на самом деле. – Иван улыбнулся и притянул Ирину к себе. – Что, если я попрошу тебя остаться навсегда?

– Ты просто давно не спал ни с кем. – Ирина покачала головой. – Вот теперь тебе и мерещится всякая ерунда. Зачем я тебе?

– Не знаю, – честно ответил он.