Глава 25

— Эй!

Схватив за руку, оборотень поднырнул вниз и забросил мою голую тушку на свое плечо, по-хозяйски опустив тяжелые и горячие ладони на мой зад.

— Р-р-р, — невнятно прорычал мужчина, и встряхнул меня, заранее подавляя сопротивление.

Мысли лихорадочно крутились в голове испуганными пташками, но не одной дельной мысли не приходило. С одной стороны – с чего бы мне волноваться? Я обещала оборотню выйти за него, а свое слово нужно держать. А с другой – стоило только ситуации стать такой острой, непринятие стало осязаемым.

Нет, Тео не мой мужчина, чтобы там не говорила его треклятая парность и это дикое желание захомутать меня браком.

Что-то липкое вращалось в печенке, намекая, что происходящее в корне не правильно и вот-вот произойдет что-то такое, что навсегда испортит мою жизнь.

— Вперед. Проверьте, чтобы Дае все подготовила, — голос волка был холодным и жестким.

Примерно так отдают команды дрессированным псам, и мои опасения подтвердились, когда поравнявшись с мутными силуэтами, они безмолвными молчаливыми тенями рванули вперед, топча землю звериными лапами.

— Тео! Поставь меня на ноги!

— Не сейчас.

— А когда?

— Когда поставлю тебе такую метку, что ни один из твоих мужиков и на милю не подойдет, — нескрываемое коварство в голове заискрилось вокруг предупреждением. — Думаешь, я правда буду тобой делиться? Хер им всем на рыло.

— Но ты же дал слово!

— Как дал, так и забрал.

— И что? Ты серьезно думаешь, что я оставлю это как есть!? Тео!

— Запру тебя на пару лет, буду сладко трахать, кормить, и ты привыкнешь. Потом сама не захочешь уходить. Щенков нарожаешь.

Сами его выражения вызывали рвотные позывы.

С условием того, что Хал обещал мне ребенка, которого я возможно уже ношу под сердцем, а его папаня отметил меня дикой вязью во всю спину – угрозы Тео как-то теряли вес. Но ситуация от этого не менялась. Этот одержимый тащит меня в свое укрытие, и судя по крепкому захвату отступать не намерен.

— Слушай, Тео, отпусти меня по-хорошему, — сверху послушался только саркастичный хмык. — Я…

Хотелось сказать про беременность, но в горле резко запершило.

Кто знает, что придет ему в голову, узнай он, что припозднился с щенками? Одна только мысль о том, что он может со мной сделать за это выступила тошнотой в перевернутом вверх тормашками желудке. И ладно я, но что с ребенком? Если мной оборотень хочет обладать, то чужой малыш точно не станет пределом мечтаний, и, о, боже, он может его убить!

— Вот и отлично, — проговорил он, так и недожавшись продолжения незаконченной фразы. — Мы почти пришли.

Покрутив головой в которую уже прилила кровь, я увидела, как мрачная дымка рассеялась, словно туман отступил, выпуская нас из своего плена.