Шерхан посмотрел на телефон, он часто смотрел, словно звонка ждал, и все равно ему было, что это неприлично, и махнул рукой. Официантка за его спиной выросла почти мгновенно.

– Какого, — следом весьма неприличное слово, - скажите мне, в нашей богадельне нет вилок для мидий? Выпускница из пансиона для благородных девиц пожрать по-человечески не может.

— Сейчас спрошу на кухне, - вспыхнула официантка.

Я больше не хотела провалиться под землю. Я хотела умереть. Нужную вилку мне принесли уже через минуту, и те же правила приличия диктовали есть - ведь столько из-за меня суматохи, словно, сложно мне было поесть другой вилкой?

В этот момент у Шерхана зазвонил телефон и про меня все забыли.

– Да? - коротко бросил он.

И лицо его окаменело. Зубы стиснул так, что я слышала, как они скрипнули, а на скулах заиграли желваки. Он встал, возвышаясь надо мной, над всеми, над всем этим миром. А потом пнул стул. Стулья были добротные, из мореного дуба, такие сотни лет прослужат, в хорошей мебели я разбираюсь. А этот сдался под напором мужчины и, жалобно заскрежетав, сломался.

И в зале сразу тихо стало, даже певица смолкла.

– Пой, - сказала Шерхан зло.

И она запела, а голос дрожит. Шерхан ушёл, и я, стараясь быть незаметной, но казалось — все на меня смотрят. На полотерку, что ужинала с хозяином. Я бегом в раздевалку - отсидеться.

Плакала, спрятав лицо в ладонях, когда дверь скрипнула.

— Наша девочка плачет, - протянул красивый женский голос.

Подняла голову — Лика. Она сюда не ходит, у неё своя отдельная гримерка и кабинет. К ней туда Шерхан заглядывает… Она не одна, с ней старший администратор Анжела, они подружки.

– Со мной все хорошо, - торопливо сказала я и вытерла мокрые щеки. — Не стоило беспокоиться.

Они засмеялись обе.

– Я так беспокоилась, - ответила Лика. — Просто не находила себе места.

Анжела встала сзади меня. Я начала подозревать, что ничем хорошим наш разговор не окончится, а потом она схватила меня за косу, потянула сильно. Я не смогла сдержать вскрика.

— Я не буду сейчас делать тебе больно, - прошептала Лика, наклонившись к моему лицу, обдав запахом сладких духов. — Но если ещё раз рядом с Имраном увижу, то эту косу оторву. Сама. Будешь очень грустной и очень лысой безработной уборщицей. Поняла?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 6. Шерхан

Груз встал на въезде в город на железнодорожной станции.

Никаких проблем там не должно было быть, прикормленные менты зелёный свет обеспечивали на протяжении всего пути. Но что-то пошло, собака, не так.

Мне когда Шамиль об этом доложил, я не выдержал, сорвался. Кровь глаза застелила.

Нехорошо вышло, никто в зале не должен был заметить, что что-то идёт не так.