Алтан и Сухэ важно шагали по лагерю, размахивая меховой тушкой. Наверное, убитым сурком, подумала Изабель. Зверёк был похож на бесхвостую выдру, и Изабель отвернулась, потому что ей было больно на это смотреть. Хотя она понимала, что в такую суровую зиму семья Одвал будет рада добыче – им пригодится и мех, и мясо.

Сухэ подхватил Одвал на руки и закружил, и та невольно рассмеялась.

– Вы чего такие радостные? – выдохнула она, когда брат поставил её на землю. Она пошатнулась от головокружения, и Алтан подхватил её под руку, чтобы она не упала.

Изабель, наблюдая за ними, хмурилась.

Хотя эти мальчишки были безжалостными охотниками – они убили сурка и собирались убить Грейс, – они любили свою младшую сестрёнку. И Одвал тоже любила братьев. Наверняка ей сейчас очень трудно.

Сухэ потрепал Одвал по щеке.

– Да так, ерунда. Не забивай себе голову. Мы просто заботимся о тебе. Мы заботимся обо всех, – добавил он очень серьёзно.

– Ты не гуляй долго, Одвал. Иди домой, – сказал Алтан, направляясь к юрте. – Уже скоро стемнеет.

– Я знаю, – кивнула Одвал.

Мальчики скрылись в юрте, и Изабель повернулась к подружке:

– Пойдём прямо сейчас? Пока твоя мама не вышла тебя искать?

Одвал кивнула и побежала к овечьему загону, где лежали запасные решётки для юрты, прикрытые куском брезента.

– Папа никогда ничего не выбрасывает, – объяснила она Изабель. – Говорит, что когда-нибудь это наверняка пригодится. – Она приподняла старую автомобильную покрышку, державшую брезент, и девочки вытащили из-под него длинную, почти двухметровую деревянную решётку.

Она крепче садовой решётки, подумала Изабель. По ней вполне можно спускаться и подниматься, не рискуя сломать планки.

Девочки потащили решётку к старому руднику, скользя на замерзшей траве. Уже вечерело, в расщелинах скал собирались густые тени. В меркнущем свете дня горная дорога казалась зловещей и мрачной, а когда девочки наконец подошли к яме и в первый раз посмотрели вниз, Изабель стало дурно. Одвал говорила, что яма не очень глубокая, – но отсюда, сверху, она представлялась бездонной, наполненной пугающей темнотой.

– Наверное, туда можно спуститься, – сказала Изабель. – Рудокопы же как-то спускались. И поднимались, – добавила она дрожащим голосом.

Одвал неуверенно кивнула:

– Наверное.

Смотри, вот и мясо. – Она указала на выступ в стене, примерно метрах в трех внизу. Изабель разглядела большой кусок мяса, лежащий на камне.

– Думаю, ее длины хватит, – пробормотала Одвал, когда они с Изабель подтащили решётку к краю ямы. – Ты уверена, что хочешь спуститься туда сама? Может быть, лучше я?

Изабель покачала головой:

– Ты держи её сверху. – Они опустили решётку вниз. Изабель проглотила комок, подступивший к горлу. Теперь решётка уже не казалась надёжной и крепкой.