И ребенок, мучаясь от боли в ушах, сжала ладонями голову и заплакала."

"Следующие полчаса Алехандро с матерью провели в аду. После того, как начали действовать обезболивающие, Исабель успокоилась и уснула, Алехандро, пользуясь долгожданным затишьем, откинулся в кресле, планируя немного отдохнуть.

— Почему Ибби зовет именно эту девушку? — услышал он уставший голос матери.

Алехандро тоже задавал себе этот вопрос, но сейчас ему не хотелось развивать тему Лилит, и он не ответил.

— Мне нельзя было допускать, чтобы Исабель так привязалась к ней.

Понимая, что мать винит себя в случившемся, он покачал головой и, посмотрев на нее, ответил:

— Ты здесь не при чем. Ибби нас воспринимает, как данность, ежедневную действительность. А Лили для нее из другого мира. Ассоциируется у нее с праздником. — Алехандро вспомнил их совместное времяпровождение, день рождения, поход группой в биопарк, который, собственно, он и организовал ради Лили. Вспомнил, как она с нежностью смотрела на Ибби, и добавил: — К тому же Лили сама искренне привязалась к Ибби. Ребенок чувствует такие вещи.

— Да, нашу с тобой поддержку Ибби воспринимает, как должное, — задумчиво произнесла Летисия.

Алехандро кивнул и вновь откинул голову на спинку кресла. Все-таки тема Лили была поднята, и он, закрывая глаза, задумался.

Для него Лилит тоже была из другого мира, как бы банально это ни звучало. Она его зацепила. Своей необычностью. Когда он узнал, что она любовница Барретта, причем не единственная, а “одна из” — удивился. Ее статус не соответствовал ее личности. Такие девушки не соглашаются на роль любовниц. И, однозначно, не продаются за красивую жизнь. Они из категории “отличниц”, примерных девочек, которые не идут против социума, всегда соблюдают его законы, и впоследствии становятся такими же примерными женами таких же законопослушных мужей. А тут такой диссонанс. Сначала он увидел их вместе на берегу ранним утром в день Сан-Хуана. Увидел нечаянно, но взгляда не отвел, от окна не отошел, решил понаблюдать, понять, из чего состоит эта девушка и на чем базируются эти отношения. Она, одетая в мужскую рубашку, подала полотенце Барретту, и Алехандро с интересом обнаружил, что в нем проснулся азарт, соперничество с примесью ревности и желание побороться с матерым хищником. Он до конца досмотрел пляжную сцену, затем встретился с ними на Сан-Хуане и сделал единственно логичный вывод. Эту девушку нельзя было назвать глупой или корыстной, а значит, она понимала, с кем имеет дело. Она принимала Барретта таким, какой он есть, не исключено, что боялась его, а он тупо ее использовал. Ни о какой привязанности с его стороны речи быть не могло.

Алехандро продолжал изучать Лили. Для начала он хотел отбить Лили. Эгоистично. Для себя.