А я, поймав ее неверящий взгляд, выуживаю из кармана джинсов бархатный мешочек. – Посмотри, может, понравится, – протягиваю ей.

Но жена не берет, а лишь тянет ко мне обе ладошки. Удивительная девушка!

Развязав шелковые тесемки, вытряхиваю содержимое. На узкую ладонь жены падает брошка. По золотой ветке бегут бриллиантовые цветы. Ничего лишнего.

– Ой, – вскрикивает Света, но взять в руки не решается. Так и рассматривает цацку, не снимая с ладони.

– Нравится? – улыбаюсь я.

– Конечно, – кивает жена. – Она обалденная!"

"– Я рад. Выбрал безделушку на свой вкус, – добавляю, осторожно доставая брошку из рук жены.

Прикалываю ей на водолазку.

– Гражданка Годарова, награждаю вас орденом, – шучу на автомате. А сам ощущаю дикую неуверенность. Ну как попрет меня Света за бриллианты и глупые шутки.

– За что? – улыбается она.

– За то, что ты есть в моей жизни!

47. Медовый месяц начинается

Света

Поспешно одевшись, мы возвращаемся в салон минут за пять до посадки.

– Милан, – тяну я, глядя в иллюминатор на дома новой застройки.

– Это Бергамо, малыш, – поясняет муж, усаживаясь рядом. – Частные борты Мальпенса не принимает.

Руслан задумчиво смотрит на меня и роняет осторожно.

– А где тебя будут встречать родственницы?

– Нигде, – мотаю я головой. – Мама написала адрес и как к ним добраться.

– Тем лучше, – недовольно отрезает он и добавляет печально. – Вот что у людей в головах? Могли бы и встретить! Как бы ты добиралась одна? Ты хоть думала, Света?

– А что здесь такого? – отмахиваюсь легкомысленно.

– Мигранты, шпана… Они все тусуются поблизости. А ты одна в чужой стране. Или твои родственнички специально тебя вызвали, чтобы грохнуть?

– Не начинай, – прошу, на автомате дотрагиваясь до брошки.

На черной водолазке она смотрится очень выигрышно. Да и сама вещица красивая. Руслан знал, чем подкупить.

Рука мужа обхватывает мою ладонь.

– Больше никогда не сбегай, пожалуйста, – просит он, целуя мои пальцы.

– Хорошо, – соглашаюсь, не желая ссориться.

А попав в здание аэропорта, понимаю, почему Годаров так волнуется.

– Это Иль Караваджо, – поясняет муж. – Мальпенса, куда ты должна была прилететь своим рейсом, гораздо больше. Там заблудиться можно в два счета. И потом дорога в город… Случись что, никто бы и не хватился.

– Не злись, – улыбаясь, прижимаюсь к крепкому плечу мужа. Провожу ладонью по стеганому рукаву куртки.

– Я не злюсь, Свет. Я в бешенстве. О чем только думала твоя мать? И самое главное, какого ты поперлась к ней? Соскучилась, что ли?

– Наверное, от безысходности, – вздыхаю я, неожиданно понимая всю глупость спонтанной поездки.

– Когда тебе плохо, приходи ко мне, – тихо шепчет муж, беря меня за руку. Быстрым шагом ведет к кабинкам паспортного контроля. И пока мы стоим в небольшой очереди, созванивается с кем-то.