– По-моему, это невозможно. Ты обвинил меня во всех смертных грехах.

– Ты тоже в долгу не осталась, милая, – огрызаюсь я и читаю следующий пункт. – Что удалось расследовать по фотографиям и скрину переписки? Есть ли подозреваемые кроме меня?

Закрываю глаза. Тру переносицу, стараясь не заорать. Блин, стал бы я обвинять собственную жену, если б у меня был хоть один мало-мальски подходящий подозреваемый?! Да и кому выгодно опорочить Свету? О ней никто не знал до нашей свадьбы.

– Никого, – печально мотаю башкой. – Только ты, милая!

– А в моей версии подозреваемый – ты! – упрямо восклицает жена.

– Вот я и предлагаю, Света, поверить друг другу. Априори решить, что мы не виноваты. Я не убивал Надежду Сергеевну. И если тебе так дорог дом, то давай я выкуплю его для тебя у родственников. Небось, сейчас набегут наследники.

– Дом и так мой, – плачет жена. – Бабушка мне подарила полгода назад. Она опасалась, что наши родственники его у меня оттяпают.

– Я не позволю, – рычу, вставая. Подхожу к жене и, наклонившись, вторгаюсь в рот поцелуем. Опасаюсь хорошей пощечины. Но, может, мне, дураку, это и требуется для прочистки мозгов?

Мягкие губки раскрываются, пропуская мой язык внутрь.

Обхватив затылок рукой, впечатываю Свету в кресло и, оторвавшись лишь на секунду, спрашиваю хрипло.

– Пойдем? – киваю на спальню.

– Ты мне веришь? И больше не станешь донимать дурацкими подозрениями? – с трудом переводит дыхание Света.

– Да, милая, да, – киваю, желая только одного.

– Тогда я согласна, – улыбается она. Обвивает мою шею руками. Прячется от глазастых стюардесс у меня на груди. А стоит мне только уложить жену на кровать, предупреждает сурово.

– Второго раза не будет, Руслан.

– Я понял, – довольно фыркаю я, плюхаясь рядом. Зарываюсь пальцами в длинные послушные волосы. Перебираю пряди. И неожиданно понимаю, что мы зашли в тупик.

Если никто из нас не причастен к этим дурацким фоткам, то кто тогда пытается строить козни? И главное, зачем? А если сюда же отнести и гибель Надежды Сергеевны, то остается признать – враг подобрался близко. Слишком близко. А я даже не догадываюсь, кто он.

– Ты не на все вопросы ответил, – вздыхает жена, пытаясь стащить с меня свитер.

– Какие остались? – расстегивая джинсы жены.

И сам пытаюсь припомнить, что же я умудрился пропустить.

– Ты нашел, кто это соорудил вышку напротив твоего дома? Конкуренты?

– Пока неясно, – смеюсь я, стаскивая с девичьих ног дурацкие узкие скинни. – Но камеры наблюдения рядом поставил. Посмотрим, кто попадется в сети.

– Хитрый и коварный Руслан Годаров, – хихикает жена, ерзая в моих руках.

– Да, я такой, – киваю самодовольно. – Только с вами, мадам, я становлюсь другим. Готов даже ромашки собирать в мороз.

– Ромашки? – изумленно охает Света.