Но мы с Таней попали в дурацкую ситуацию. У нас просрочены паспорта. И мы тут на нелегальном положении. А как вернуться домой, мы не знаем.

– К консулу ходили? – насупившись, спрашивает Руслан. А я опускаю голову от нахлынувшего отчаяния. Я не нужна матери, тетке – тем более. Они просто воспользовались шансом. Вызвали меня как курьера, блин!

Пальцы Руслана тут же сжимают мои.

Он сразу все понимает правильно. Поразительный человек!

– Подумаю, чем смогу помочь. Посоветуюсь с людьми, – отвечает уклончиво. И я вижу в мужа глазах неподдельную боль, будто это его под дых ударили.

За меня обидно!

«Спасибо, боженька, и на этом!» – думаю, вмиг очутившись в кольце Годаровских рук.

– У нас медовый месяц, – заявляет он, не поморщившись. Ближе к концу недели поговорим. Пока даже не знаю. Совершенно не моя тема.

– Руслан, пожалуйста, – заламывает руки тетя Таня. – Иначе мы тут останемся навсегда. Нам деваться некуда. Хозяин клиники знает. Вот и платит меньше, чем другим.

– Решим вопрос, – нехотя бросает муж. И когда мы с ним в обнимку бредем по кривым миланским улочкам, восклицает недовольно.

– Хотел бы я знать, что не так с детьми Розановых? Почему спивается Дима, а Таня превратилась в циничную дешевку? Где твои олды упустили своих детей? У них же были все возможности стать нормальными людьми.

– Понятия не имею, – отмахиваюсь расстроенно и добавляю с ехидцей. – Не повезло мне с родственниками.

– Зато муж попался обалденный! – самодовольно заявляет Годаров, целуя меня. Дерзкий язык привычно вламывается ко мне рот, заставляя дрожать от нетерпения. Коленки подгибаются, а из головы вылетают все мысли до единой.

– Пришли, – кивает Руслан на освещенное крыльцо отеля.

48. Перемены начинаются

Руслан

Первые два дня в Милане мы шастаем по достопримечательностям. Посещаем Дуомо и замок Сфорца. Целуясь, гуляем по улицам и, вернувшись в номер, еле-еле успеваем дойти до койки. Я все время нахожусь в легком возбуждении. И любое прикосновение жены вызывает нешуточный пожар. Иногда мне даже кажется, что других женщин никогда не было в моей жизни. Никто из них не доводил меня до сладкой пытки. Даже Алена.

Зато маленький безыскусный котенок влез мне под кожу и там окопался.

«Зараза ты, Светка! Вот ты кто!» – думаю, глядя на сонную жену.

«Если приодеть, все мужики обзавидуются. Тот же Толян побежит искать себе такую же. Ему все надо как у меня», – размышляю лениво и, положив ладонь на бедро жены, шепчу ласково, но напористо.

– Просыпайся, милая. Весь Милан у твоих ног.

– Куда ты потащишь меня на этот раз? – сонно интересуется она.

А я, улыбаясь во все тридцать два зуба, неожиданно понимаю, что этот приезд в Милан для меня особенный.