О, как бы я хотела стереть её одним лишь взмахом эльфийского клинка!

Всё вновь замолкло, мы беззвучно шли по коридору. В какой-то момент я почувствовала в воздухе какие-то изменения: тишина, царившая кругом, стала намеренной, давящей. Мы шли вперёд, а у меня всё больше зарождалось желание провалиться хоть сквозь землю – лишь бы ничего не видеть, лишь бы не быть там, куда меня ведут.

Пулона замерла перед неприметной дверью. Такая дверь скорее подходит зарешеченной беседке, чем входу в… А, в принципе, кто этих вампиров знает? Может у них свадьбы в беседках проходят.

Но эта была не беседка – подобие сцены. В первые секунды я видела лишь полукруг площадки, на которых напротив друг друга стояли два идентичных трона, но потом я заметила тех, кто пришёл посмотреть на готовящееся торжество. Наверное, сюда пришли все. Сколько хватало глаз, я видела покрытые капюшонами головы. Вампиры изваяниями застыли перед ареной действий, жадно следя за каждым нашим шагом.

Я упустила тот момент, когда пропала вампирша. Оглянувшись, я увидела застывшую перед дверьми Пулону, рядом с которой оказался неизвестно откуда взявшийся Силий. Нерих же всё ещё стоял рядом, позади меня, не отпуская руку и чего-то дожидаясь. Собственно, повернув голову влево, я увидела это что-то. Жар появился, будто из воздуха и стоял абсолютно неподвижно, как каменная статуя, не мигая, глядя в небо. Думаю, на счёт одежды Жара уточнять не надо – скажу только, что волосы скреплял тонкий золотой обруч с огранённым аметистом.

Оторвавшись от него, я перевела взгляд в том направлении, куда смотрел вампир. Прямо передо мной, будто заревом, пылала луна, неестественно красная и неестественно большая. Я заворожено смотрела на неё, смотрели и остальные. Глаза начинали болеть, когда я различила, как лунную породу будто облизывают языки пламени. Когда, казалось, настал пик этого зрелища, Нерих у меня за спиной пошевелился, делая шаг вперёд.

Все тут же посмотрели на него, сжимавшего что-то в руке. Кольца? Хотя… Я ведь так и не удосужилась узнать, как проходят вампирьи свадьбы.

Из уст правой руки короля вырвалось шипение, сродни шипению змеи, которое околдовывает. Я молчаливо следила за губами советника, вслушиваясь в странный язык.

Вампир сделал шаг вперёд, по-прежнему что-то сжимая. Я перевела взгляд на руку. Захотелось закричать, броситься бежать, но с губ не сорвалось ни стона, а ноги будто приросли к земле."

"С тихим ужасом я смотрела, как Жар вытягивает вперёд руку, а над ней сверкает клинок серебряного кинжала, надёжно лежавшего в руке Нериха. Неуловимое движение – в ране на ладони вампира набухает кровь, которая, противореча всем законам регенерации, не хочет остановиться, заживляя раны.