– Я хочу, чтобы в делах ратных вы, кияне, признали господином и вождем брата моего Свенгельда, Ельгова сына. И отвагу, и удачу свою он уже явил. А я дам обет не выходить замуж, пока мы на престоле отцовском остаемся, либо сойти с него, если боги мне мужа пошлют. А пока пусть мне мужем един Перун будет.

Бояре помолчали. Ельга обещала полностью посвятить себя богам, отказаться от обычной женской судьбы, сойти с торной тропы человеческой жизни и вступить на тропу, где ходят боги. Предание старины, о котором каждый слышал от своих бабок, обещало вернуться и вновь войти в сегодняшний день, чтобы зажечь для племени полянского зарю новой славы.

– Это что же – два князя у нас будет? – недоверчиво спросил Доброст. – Князь и княгиня-девица?

– А чем худо? – ответил Славигость. – Князь будет в ратное поле ходить, а княгиня богов молить и уклад добрый держать.

– А суд судить? – вставил Гостыня. – Суд судить кто будет? Это все поконы знать надо, и мудрость иметь не девичью.

– Уж не забыл ли ты, – усмехнулся Фарлов, – что эта дева перехитрила два десятка мужей древлянских? Она придумала ту баню, она заманила в ловушку Боголюба, старого медведя, а уж если он не был мудрейшим из князей, то я не знаю, кто с ним сравнится.

Она отняла удачу у древлян и отдала ее нам, не пролив ни единой капли крови, ни нашей, ни чужой. Тебе мнится, что ей не хватает мудрости?

– А поконы? Тяжбы разбирать – это тебе не нитки водить!

– Давайте испытаем ее мудрость, – сказал Вячемир. – Приходил ко мне нынче человек от Годолба, варяга, просил рассудить их насчет наследства брата его, Хельва. Там у них такое дело, что только сам Велес и распутает.

Пусть Ельговна разберет и приговор свой объявит. А мы послушаем! – Вячемир усмехнулся и сложил руки перед собой, будто уже готов был насладиться любопытным зрелищем. – Коли ошибется – подправим. На то нам боги и дали головы седые, а отцы?

Все посмотрели на Ельгу. Она слегка погладила бок золоченой чаши, будто просила источник мудрости помочь ей.

– Отчего же нет? – Она улыбнулась, оглядывая киевское боярство. – Дайте мне случай, мужи киевские, а потом сами судите, благ ли будет совет мой.

⁂"

"Имя Хельва Ельга слышала не впервые.

Этот человек, киевский варяг, был одним из доверенных людей старого князя и много лет возил в Царьград княжеские товары, обменивал там меха, мед и челядь на дорогие ткани, роскошные одежды, вино, серебро и золото. С месяц назад прошел слух, что он умер, но Ельга не обратила на это внимания – без отца не было походов с товарами в Царьград, торговые люди не требовались. И вот оказалось, что с тех пор оставшиеся в живых родичи Хельва так и не сумели поделить его наследство.