— Ты уже плавал здесь, когда маленький был, вы приезжали с мамой в шестьдесят пятом году!

— Плохо помню! — я виновато улыбнулся и коснулся пальцем головы. — У меня же ещё и травма была серьёзная!

— Да, Надя писала… Часов шесть дорога займёт. Может, чуть меньше. Причалим в Святогорье, потом в Бичевой и там уже без остановок до Гвасюгов и вот уже Среднехорск. Нормально дойдём, племяш, не переживай, — он подмигнул и улыбнулся, отчего на его обветренных загорелых щеках заиграли задорные ямочки.

— Я и не переживаю, — сказал я, — просто интересно. А наземной дороги нет?

— Есть, но она лесная, для лесовозов, там автобус и легковая машина не пройдут. Всё обещают нормальную построить, но когда это будет… — он махнул рукой. — Так что река Хор наша дорога и зимой, и летом.

Первый же серийный гравилёт вместимостью пассажиров на двенадцать — сюда, подумал я. Лично прослежу. Ну и дорога, конечно. Для чего, в конце концов, нужны связи и влияние?

Глава двадцать вторая

Дед, прадед и все остальные

До Среднехорска наш глиссер добрался уже ближе к вечеру. Слава Создателю, никаких происшествий по дороге не приключилось. Мотор работал как часы; покрытые густой тайгой берега (правый круче левого), величественно и живописно проплывали мимо; капитан, с которым мы оказались почти тёзки — оба Петровичи, выполнял свою работу с виртуозностью профессионала, который знает на реке каждый поворот, мель, перекат и протоку. Горючего тоже хватило, хотя за Бичевой Петрович и выразил невнятное опасение, что его маловато.

— Не ворчи, Петрович, — сказал ему Рюрик благодушно. — Сколько тебя знаю, всегда одно и то же — горючего тебе маловато за Бичевой. Но всегда доходим.

— Доходим, потому что уметь надо, — поднял к потолку кабины жёлтый от никотина палец Петрович.

— Ну, дык, мы знаем, что ты умеешь, за то и уважаем, — сказал Рюрик.

— Уважение — это правильно, — согласно наклонил голову Петрович, и мы продолжили путь.

От Бичевой до Среднехорска расстояние было примерно таким же, как от Хора до Бичевой, то есть половина пути, но шли уже без остановок. Поэтому последняя остановка в Бичевой слегка затянулась — капитан дал время размять ноги, посетить туалет и нормально перекусить взятой с собой снедью здесь же, на бережке, устроившись на каких-то брёвнах.

Запахи, неожиданно понял я, жуя толстый бутерброд с маслом и колбасой и запивая еду сладким чаем из термоса.

Запахи!

Вот, что больше всего впечатляет меня на Земле. Гарад пахнет значительно беднее. Не знаю, почему. Может быть, из-за того, что биосфера после термоядерной войны ещё не до конца восстановилась, или потому, что климат на Гараде холоднее, не специалист. Но факт остаётся фактом — Земля богаче на запахи. По крайней мере те места, где я уже успел побывать. Вот и сейчас.