Так он увёл взгляд с провокатора и сконцентрировано наблюдал за движениями своих бойцов.

А спустя десять минут грянул архистратиг. Он встал рядом с командиром и окинул всех присутствующих важным взглядом, после чего в разуме всех солдат моментально возникло желание удивить правителя точностью ударов, непоколебимостью духа, собранностью команды и слаженной подчиненностью. Даже потерянная ещё прошлым днём Анна выглядела бодро, подтянуто и в полной готовности. За это и зацепился главнокомандующий.

— Аннаэль.

Он целенаправленно посмотрел на ангелессу, а Бальтазар жестом позвал её выйти из строя.

— Отожмись девять раз.

Девушка пробежалась глазами по двум командирам и опустилась в исходное для отжиманий положение — руки на ширине плеч, ноги им параллельно, взгляд вперед — в поле.

По команде она начала выполнение и вскоре закончила, сохранив собранность на лице.

— Техника хорошая, подход тоже. Следующий.

Анна самодовольно улыбнулась, случайно посмотрев на ответившего взглядом Михаила, и встала в строй. Один лишь блеск зрачков в её сторону будоражил девушку, но теперь она тщательнее старалась этого не показывать.

Самандриил выступил далее.

И снова всего каких-то девять раз. Но количество не имело значения. Главное — качество.

***

Ближе к полудню ангелы суда засобирались на прогулку. Им был положен отдых, как и другим жителям измерения, поэтому они предпочитали не лежать или смотреть в окно, а ходить ножками и дышать свежим воздухом. День в закрытом помещении сказывался на восприятии реальности: слишком резкий переход на солнце сопровождался непродолжительными бликами в глазах.

В один из кабинетов залетела блондинистая особа, беспрестанно улыбаясь, и повиснула на ручке двери.

— Аммит, пошли прогуляемся до источника? Там вода волшебная, на молоко похожа. Пойдём!

В ответ Аммит поджала губы, прикрыв глаза и мотнув головой.

— Прости, Рэйли, не могу. Очень хочу, правда, но…

— Но не можешь. Ладно, я поняла.

— Не обижайся.

— Все хорошо.

Рэйли вышла, закрыв дверь. Аммит села обратно, снова став крутить странный пергамент в руках. Никакого дела на самом деле не было. Просто увидев непростой разговор, Эмма подыграла. Ничуть все же не упрощало жизнь ангелессы таинственное послание, над которым она ломала голову все утро.

И теперь изучала его по сотому кругу.

— Viam misericordia, iustitia, et bellum. Каждый ангел выбирает один путь.

Произнесла девушка не в первый раз. Вопросы кружились в голове как в танце, сменяя друг друга — от кого? И зачем данное послание? Что оно гласит? К чему призывает?

***

По наступлению вечера в голове Анны возник интересный план по привлечению внимания к своей скромной персоне. Успешно продемонстрировав себя на показательном занятии, она не успокоилась. Взгляды значили многое для неё.