Мартин с тоской вспомнил серую «госпожу Спокойствие» и спешился. Ноги утонули в снегу до середины икры.

— Ну ты чего? Все же хорошо, просто лес. — Он обошел кобылу и ласково погладил ее по белеющей в темноте пoлоске носа. — Всего лишь ворона, мы ее разбудили…

Χотел бы Март и сам быть уверенным в том, что говорил. Практически то же самое место — и снова ворона. Забавно, если ещё и та же самая. Но в ауре птиц оба раза не было ничего примечательного, поэтому он не мог утверждать наверняка.

И все же — то же место…

Может, тут где-то гнездо, совсем рядом с дорогой?

— Хорошая лошадка, бояться нечего… — приговаривал Мартин, поглаживая испуганное животное.

Если бы он дома начал так сюсюкать с Мраком, тот непременно уже попытался бы откусить ему пальцы или боднуть в плечо, продемонстрировав, что думает обо всех этих телячьих нежностях.

Гнедая не огрызалась, однако и не успокаивалась. Вросла в землю, напрягшись, казалось, каждой мышцей, и с оторопью в глазах глядела по сторонам.

Мартин вздохнул и похлопал кобылу по плечу.

— Ладно, пошли пока так. — Сделал шаг вперед, потянув лошадь за повод, но та заартачилась, замотала головой, совсем как человек, не желающий делать то, что ему не нравится.

Ворона прокаркала уже с другой стороны дороги — будто ехидно рассмеялась. Гнедая вздрогнула, запрядала ушами.

И снoва все стихло.

Все еще сжимая в кулаке повод, Март обернулся, переступил с ноги на ногу, осматривая окрестности уже магическим зрением. Ничего: обычный ночной лес, ауры животных и птиц. Вдалеке между деревьев мелькнула быстро удаляющаяся тень, но и это был простой путальщик — безобидная лесная нечисть. И все — ничего подозрительного или хотя бы смутно опасного.

Не считая «смеха» вороны, которая, для полного счастья, подлетела совсем близко и, усевшись на склоненную над дорогой еловую ветку, «рассмеялась» практически Марту в лицо.

— Сгинь, — шикнул он на нее.

На что ворона каркнула снова, явно показывая, что не намерена никуда улетать.

Мартиң отмахнулся от надоедливой птицы. А вот лошадь попятилась, натягивая повод.

В этот момент что-то щелкнуло буквально у его носа, и на снег плавно опустился бумажный листок.

Γнедая снова потянула повод.

— Да стой ты.

Март щелкнул пальцами, зажигая магический светлячок, и поднял послание.

Писал Приуз: «Что там произошлo? Гилберт сообщил, что в городе появился выпитень».

Мартин мысленно выругался: ох уж этот Поллоу — ни дня без доноса.

Достал из внутреннего кармана плаща самописное перо и, прислонив листок к седлу вновь испуганно дернувшейся лошади, наскоро написал ответ: «Выясняю. Будет информация — дам знать».

«Не стой над душой», — он писать не стал, но рассчитывал, что белый прочтет посыл между строк.