Я и согласился. Дали они мне денег немного, и поехал я по России.

– И как же ты его искал? – поинтересовался Лев Иванович.

– Так он же красивую жизнь любил, вот я за ресторанами и прочими такими местами и наблюдал: кто туда входит и выходит, – объяснил Гришка. – Но не попался он мне.

– А как бы ты его узнал? – спросил Гуров.

– Да понимал я, что он при таких-то деньжищах мог себе и рожу перекроить, и зубы исправить, и линзы цветные вставить, да вот только оскал его звериный никуда не денешь, да и замашки его бандитские тоже. А еще приезжим он должен был быть, не коренным, – сказал Гришка. – Вот я таких и высматривал – пришлых в том городе и при деньгах. Много я за эти годы по стране поколесил, но в Николаевку иногда заезжал, чтобы брата проведать…

– И не только его, – многозначительно заметил Лев Иванович.

– Да, было дело, трахнул я Лариску по пьяни, – признался Гришка. – Это уже я потом узнал, что она забеременела и ребенка до того неудачно скинула, что больше детей иметь не могла. Мой грех, не отрицаю. Да ведь кто из нас без греха?

– Не отвлекайся! – приказал Лев Иванович."

"– Вот так я и искал Волчару все годы. А потом как-то в Николаевку приехал, и Лариска мне сама предложила дальше вместе искать. Расписались мы с ней, чтобы ни у кого никаких вопросов не возникло, я заодно отчество поменял, потому что «Дормидонтович» хрен кто по трезвой выговорит, а фамилию ее взял, так как «Шалый» уж больно неблагозвучная, доверия не вызывает. А насчет места рождения в паспорте это уже Лариска придумала, сказала, что если мы будем из Стародольска, то Волчара, когда мы его найдем, сразу все поймет и опять сбежит. И отправились мы с ней дальше вместе Волчару разыскивать. А Лариска-то себя настоящей цыганкой считала, хоть и наполовину на самом деле была, потому и научилась цыганским песням и танцам. Вот и стала она по ресторанам выступать. Мужиков вокруг нее много вертелось, а она к ним присматривалась. А как в одном городе мы все вызнаем, так едем дальше.

– Ну а ты чем в это время занимался? – поинтересовался Гуров.

– А тоже Волчару искал. И вот повезло нам в Красноярске, нашли мы его! Точнее, Лариска нашла, – кажется, Гришка решил максимально обелить себя, а вот ее утопить. – Только он операцию себе делать не стал, а просто рожу сжег и зубы исправил и еще постоянно носил темные очки или цветные линзы. И денег у него было как грязи – ну еще бы, он же воровской общак увел! А документы у него были на Савельева Николая Степановича – тоже украл, наверное. И при его-то замашках страшно подумать, что он с настоящим Савельевым сделал, – чуть не со слезами на глазах сказал Гришка.