Но это дорого, моя жена ее только на рассаду берет.

– Папа, мы тут с Антоном посоветовались и решили, что пока в Астрахань вернемся, – сказала Надя. – Ну, ты сам посуди, мы дома все высадили, а урожай кому-то другому достанется? Да и мальчишкам нужно нормально учебный год закончить, а то мы их сорвали из школы.

– А по мере созревания будем вам с проводником поезда урожай передавать, потому что у них тут такие овощи, что в рот взять противно, – поддержал жену Антон.

– Доедут они, как же! – хмыкнул Степан Алексеевич. – На материны помидоры с огурчиками охотников много наберется. Тогда уж машиной переправлять надо.

– Да она и до дачи еле-еле добирается, – возразил Антон. – Мы со Степаном ее каждую неделю чиним. А толку? В одном месте отремонтируем, так в другом сломается! Одним словом – старье!

– Ну, если нашу с матерью и Светкину комнаты продать, то на новую, глядишь, и хватит, – задумчиво сказал Степан Алексеевич. – Ловчее возить будет. Надо все обдумать.

Эта семья еще никак не могла понять, что у них всех началась совершенно другая жизнь, в которой совсем необязательно что-то продавать, чтобы потом что-то купить, но это им предстояло осознать в самом ближайшем будущем. Гуров хмыкнул, представив себе их реакцию на новые реалии существования, и пошел дальше. Спустившись вниз, он услышал мужской смех из столовой – они там, наверное, хохмили вовсю, радуясь тому, что причин для беспокойства больше нет, и заглянул в кухню, чтобы чего-нибудь перехватить: есть хотелось страшно. Но там стоял дым коромыслом и витали умопомрачительные запахи – женщины готовили обед, и отвлекать их от этого не стоило. Придется потерпеть, понял Гуров и спросил:

– Где все? – хотя это и так было понятно.

– Наталья Николаевна со Светланой Олеговной ни свет ни заря поднялись и для Николая Степановича здесь сами готовили, а потом вместе со Степаном Олеговичем в больницу уехали, другие родственники сад осматривают, а остальные все тут, в столовой, сидят, – доложила Галина.

И тут Олеся с каким-то даже детским восторгом сказала:

– Ой, Лев Иванович! А вы, оказывается, на самой Марии Строевой женаты! Мы с Галей ее так любим, все ее фильмы не по одному разу видели!

– И кто же успел вам это доложить? Станислав Васильевич? – недовольным тоном поинтересовался Гуров.

– Зачем? Она же сама сюда приехала, – объяснила Олеся.

– Этого мне только не хватало! – возмутился Лев Иванович и решительно направился в столовую, но, спохватившись, остановился и сказал: – Спасибо вам большое за то, что мои вещи в порядок привели.