105

НастоящееЯ гляжу на пол, пока Стилсон Томита пытается сформулировать следующий вопрос. Я не хочу встречаться глазами с Пэтти, которая вскочила со стула. Заместитель шерифа требует, чтобы она села на место.

Я не хочу смотреть на своего отца.

— Он не колебался и доли секунды, — говорю я. — Он знал, что я попытаюсь на него наброситься, и выстрелил еще до того, как я успел соскочить с кровати. Эми, должно быть… Она, возможно, инстинктивно отвернулась, и моя кровь разбрызгалась по ее обнаженной спине. Им такой вариант очень даже подошел.

Я замолкаю и начинаю тереть глаза. В зале суда воцаряется гробовая тишина.

— Было бы лучше, если бы я тогда умер, — признаюсь я.

Но я не умер.

— Эми они тоже убили, — произносит Стилсон сдавленным голосом.

Я киваю."

"Как объяснили мне впоследствии врачи, мой мозг и сердце на некоторое время как бы отключились, но затем меня удалось вернуть к жизни. Правда, вырубился я не сразу. Я слышал, что они сделали с Эми. Видеть я уже ничего не мог, а звуки почему-то доходили до моего сознания.

«Эми, все еще может закончиться для вас благополучно, — сказал Гоулди. — Эти двое застрелили друг друга, а вы просто очевидец, который ни в чем не виноват».

«Просто отдайте нам флешку, и мы уйдем», — подхватил отец.

Я услышал ее голос, как будто он доносился откуда-то издалека: приглушенный, похожий на тихий шепот. Эми — голосом, полным отчаяния, забормотала:

«Внемли, Господи, нашим молитвам, в которых мы смиренно взываем к твоему милосердию, дабы ты принял душу раба твоего Билли, который волею твоею покинул этот мир…»

«Эми! Послушайте меня. Послушайте внимательно. Отдайте нам маленькую черную книжку».

Но Эми уже никого не слушала. Когда эти два хищника приблизились к ней, готовые в любой момент отнять у нее жизнь, она думала не о себе.

Она думала обо мне. Она молилась о моей душе.

«Мы не хотим в вас стрелять, Эми».

Я вообще перестал молиться после того, как утратил свою жену и свою дочь. Я отверг Бога и утратил веру. Но теперь я молился. В своем изувеченном мозгу я искал слова, молясь о том, чтобы смерть Эми была быстрой и не причинила ей мучений. Молился о том, чтобы Бог взял Эми в царствие свое и окружил ее любовью, которой она заслуживала.

«Она нам ничего не скажет, — сделал вывод отец. — Флешка где-то здесь. Мы сами ее найдем. Так что не трать попусту время».

Я не чувствовал никакой боли. Не чувствовал ничего, кроме обволакивающей любви Эми и разливающегося внутри тепла. Я не чувствовал отдельно прикосновений ее руки, или ее дыхание на своем лице, или губы на своих губах — я чувствовал ее всю сразу, целиком, одновременно.

Я услышал, как громыхнул выстрел и вскрикнула Эми.

А затем я уже больше ничего не слышал…

Я поднимаю взгляд на Стилсона Томиту, смотрю на него затуманившимся взором.