Командиры только рукой в сторону холмов махнули. Генерал поднес подзорную трубу к глазам и ахнул – в сторону второго холма двигалось пятое звено.

Через полтора часа солдаты солликийцев в панике шептались, что на холме сидит уже двенадцать звеньев, а это три с половиной тысячи человек. Даже невооруженным взглядом было видно, как тысячи штыков сверкают по всему холму. Солликийцы смотрели и их пробирал страх.

– Четыре звена, говорите?! Пятое звено кронпринц привел?! – в бешенстве орал Герстен. – Да он уже значительно больше людей на этот холм засадил!!! К чертям такую разведку!

– Что делать-то будем, ваше высокородие? – в панике шептали командиры, наблюдая, как еще три сотни картумцев пополняют отряд на холме.

– Откуда у него столько людей?! Где он их взял, я вас спрашиваю?! – Герстен находился сейчас в полном отчаянии и глубоком удивлении.

Впрочем, генерал Герстен был бы в еще большем удивлении, если бы знал, что на холме сидит всего две сотни солдат, которые шевелят кусты да поправляют штыки на ветках. Штыков генерал действительно привез много – целую телегу. Да-да, штыки на холме были, а вот солдат почти не было: пока одно звено в полный рост маршировало к холму, второе ползком, под прикрытием небольшой перемычки между холмами, возвращалось на прежнее место, чтобы снова гордо промаршировать под взглядами неприятеля.

Пока Герстен, его командиры и солдаты недоумевали и ударялись в панику, двое шустрых солдат доползли до поля с подозрительными кучками сена. Вблизи было отчетливо видно, что на солнце блестят кое-где торчащие из копен дула пушек.

– Это ж сколько здесь пушек?! – ахнул один из шустрых.

– Тише ты, – прицыкнул на него другой, – схоронись здесь в овражке, а я сползаю, раскопаю сенцо.

Солликиец подождал, пока караульный отойдет подальше и пополз к первому стогу. Его друг наблюдал, как тот осторожно скинул сено со стороны, невидной караульному, и обнажил бок пушки. Быстро вернув охапку сена на место, солликиец пополз к следующему стогу.

– Не спугните раньше времени, – еле слышно шептал Леон Ардамас, переживая, что караульные не выполнят в точности данные им инструкции – поднимать шум только после пятой (и последней) пушки, а до того делать вид, что ничего не замечают.

Сам Леон еще до рассвета занял наблюдательный пост в овраге с другой стороны поля и следил за действиями вражеских лазутчиков в подзорную трубу. О том, что Герстен направил к его войску этих молодчиков (на что Леон с самого начала горячо надеялся) шпионы Ардамаса, следившие всю ночь за лагерем врага, доложили ему заранее. Надо заметить, что в отряде Ардамаса этой ночью спали мало: надо было из двух стогов сена сотворить тридцать маленьких аккуратненьких стожков и воткнуть в них двадцать пять привезенных пушечных стволов.