Кстати, только сейчас поняла, как мне повезло оказаться в мире, где нет понятия «кошачий корм» и «сухой кошачий корм»! Вот это была бы засада: «Ларочка, тебе еще этой жуткой маслянистой гадости подозрительного коричневого цвета из пакетика надавить?» – «Нет, хозяин, я сыта по самые ушки. Вот только пузико от позвоночника отлеплю и пойду по соседям побираться – авось, кто кусочек мясца бедной голодающей Поволжья даст». Повезло нашим землянам, что кошки такие философы, индифферентные к проблемам качества питания, а то был бы у нас кошачий бунт по всей планете», – Лара уминала завтрак, думая, что ничто не делает мясо таким вкусным, как предварительная трехнедельная овсяночная диета.

Ни один соус, ни один маринад. Только диета"".

Леон с умильным выражением неописуемого облегчения наблюдал за исчезновением из кошачьей миски мясного ассорти.

– На обед лучше каши дайте, – озабоченно посоветовал лекарь Нарас. – Не надо ей сейчас желудок перегружать, а то несварение случиться может."

"«Какое несварение?! Да я вас, господин лекарь, переварить смогу! Причем, в халате и тапочках!» – Лара оторвалась от миски и возмущенно мявкнула.

Лекарь ушел, а Леон наклонился, погладил кошку и заговорщицки прошептал:

– Поделюсь своей пайкой, как раньше, не переживай. Кашу Пушу отдадим – он всеядный.

«Какой он все-таки заботливый и славный, – Лару наполнило чувство признательности к этому большому сильному мужчине с суровым, резким, угловатым лицом, – я буду очень по тебе скучать, Леон, когда вернусь в свой мир».

После обеда Лара ходила по пятам за Леоном, который отдал команду через день выезжать в столицу и сейчас инспектировал подготовку к отъезду.

Одно звено собралось быстро, тем более что пушки уже увезли вместе с военнопленными.

Вечером солдаты ушли в казармы крепости паковать свои личные вещи. Огаст тоже, насвистывая, пошел собираться. Лара никак не могла проглядеть представление по заготовленному ею сценарию и двинулась следом.

По примеру всех пакующих рядом с ним свои вещи солдат Огаст распахнул отведенный ему низкий шкаф, лихо смахнул с полки свою одежду и бросил россыпью на постель. Из кучи штанов и рубах вылетела тонкая книжка, привлекая к себе внимание окружающих яркой обложкой, и при приземлении показательно раскрылась на титульном листе с крупной витиеватой надписью:

«Интимная связь с женщиной.

Краткое руководство для начинающих. Сочинение отшельника Милора Крепкого».

Казарма содрогнулась от гомерического хохота сотни солдат: «Ты б лучше у нас спросил, Огаст!», «Отшельник толковых советов дать никак не может!», «Долго не изучай, а то начать так и не успеешь!»

Огаст пришел в крайнее замешательство, покраснел как вареный рак и бессвязно залепетал:

– Это не я... книжка не моя...