Лучше бы глаза у него открылись, и он узрел бы, наконец, что кошка здорова!

– Пуш, тапки принеси, – потопал по полу ногой Огаст, и пудель белым вихрем умчался за дверь и вернулся с тапочками в зубах. – Умница, – похвалил оруженосец собаку, – а Кошку можно так выдрессировать?

– Р-Р-Р-р-р-Р-Р!!! – ответила Лара, отвлекаясь от борьбы за одеяло: «Я помню, что за мной должок за все твои неблаговидные высказывания и намерения относительно моей особы! Дождешься, вихрастый!»

– Ерунды не говори, – недовольно поддержал Лару генерал. – Лучше чтением займись.

Огаст уныло читал вслух детскую энциклопедию, а Лара слушала и обдумывала варианты мести.

Мести за  все!

Осторожно выбравшись из одеяла и порадовавшись, что временно спит на отдельной кушетке (Леон боялся во сне придавить своим мощным телом бедную раненную кошечку), Лара спрыгнула на пол и пошла обследовать крепость, в обороне которой так героически участвовала. Искала Лару библиотеку, ведь не может же в такой большой, населенной людьми крепости не быть библиотеки! Тихо ступая бархатными лапками, кошечка прошла по жилому этажу и спустилась вниз.

В крепости все спали, только на стене перекликались дозорные. Кошачье зрение было куда совершеннее человеческого, и Лара видело все отчетливо, как днем. А еще слышала: шуршали мыши. И в воздухе была отчетливая нотка мышиного запаха. Лара поежилась, но продолжала заглядывать во все помещения – на первом этаже межкомнатные двери не запирались и были куда легче, чем входные массивные двери в крестьянских домах – Лара легко приоткрывала их. Стоически игнорируя призыв ароматов кухни, кошка топала в противоположную сторону. В конце длинного коридора ей улыбнулась удача: она набрела на библиотеку.

«В крепости живет толпа мужиков, многие из которых неженаты и месяцами не видят женской ласки. Вывод? В библиотеке точно найдется какое-нибудь эдакое чтиво с занимательными картинками. Поищем», – Лара обошла заваленные различной печатной продукцией столики, углядела и книжки для одиноких мужчин, но это было не совсем то...

«Нашла!» – радостно подскочила на месте Лара и впилась зубами в тонкую книжечку, на корешке которой было требуемое название, стаскивая ее с полки.

Книжка было тонкой и легкой, и довольная кошка зажала ее в зубах покрепче и потащила в комнату вихрастого Огаста.

Утром следующего дня лекарь признал, что кошка полностью поправилась.

Лара была счастлива:

«Ура, котлетки, я люблю вас! Ум-м, и курочку люблю, и молочко уважаю. Хорошо-то как! Да, счастье есть, когда есть, что есть! Это вам не овсянка, господа, это настоящая еда, и не суррогат какой-то дряни, а настоящие домашние говяжьи котлетки с пюре и подливочкой. «Вискас» тут и рядом не пробегал.