Глава 6

Свет лампы под фиолетовым абажуром мягко освещал лежащие на письменном столе бумаги. А еще придавал обстановке вид загадочный и уютный.

– Работаешь? – спросил я.

– Да, – кивнула Антонина. – На завод работаю.

– Ты для завода ценный специалист.

– Ну, еще бы!"

"Мы познакомились с ней на «Пролетарском дизеле» – в кабинете директора завода Алымова. Я проверял Антонину на допуск к секретным материалам, поскольку ее хотели привлечь к сложным расчетам для оборонной продукции.

Помню, с каким обожанием взирал на нее директор – это когда даже доброе слово редкость для такого индюка.

Но есть у него такая черта – он восхищается людьми, превосходящими его в инженерных и точных науках. А она превосходила. Она вообще талантливый математик. Хотя я всегда по наивности полагал, что эта наука вовсе не женское дело.

С того времени она тесно связана с заводом. По договору выполняет сложные математические расчеты. Это отнимает ее время, но доставляет удовольствие и приносит денег порой больше, чем преподавание.

Я взял один из листочков с техзаданием. И произнес:

– Та-а-ак. Пошла пьянка, готовь гармонь.

– Что? – настороженно посмотрела на меня Антонина.

– Да ничего. Кроме вот этого. – Я ткнул пальцем в верхний правый край документа – прямо в штамп «Секретно». – Ты притащила домой секретные документы.

А ведь в здании университета у нее личный сейф в специальной комнате для работы с такими документами, поскольку она постоянно выполняла расчеты. Но таскать их домой!

– Срочная работа, – начала оправдываться Антонина. – Просто не успевала.

– Не успевала? Ты знаешь, что это такое? – я положил ладонь на документ.

– Техническое задание по изделию.

– Это путевка в ГУЛАГ. А то и стенка.

Меня захлестнуло чувство ярости и отчаяния. Захотелось взять Антонину за плечи и крепко встряхнуть, чтоб зубы лязгнули. Понятное дело, не сделаю этого. Но руки чесались. Совсем головой не думает!

– Ладно. – Я пододвинул стул и уселся напротив. – Давай поговорим. Очень серьезно. Похоже, наш недавний разговор на эту тему прошел мимо твоих ушей.

Она только кивнула, в глазах мелькнули ожидание и испуг.

– Положение у меня на работе трудное, – пояснил я. – Под меня копают. Рассматривают под микроскопом.

Неверный шаг – и я в подвале. И, сама понимаешь, чекисты оттуда живыми выходят редко.

– Копают, перекапывают! – воскликнула Антонина. – Совсем вы обезумели со своими делами! Когда уж крови напьетесь! Под тебя копают! Отец с трибуны кричит: «Долой, всех к стенке!» Что с вами происходит?

В глазах ее появились слезы.

Отец у Антонины – старый большевик, был мастером на крупном ленинградском заводе, теперь руководит там же профсоюзом. Очень близко знал Кирова, практически дружил с ним и боготворил.