– Моя машина тебя добросит до дома, – кивнул я на стоящую перед ступенями здания УНКВД «эмку».

– До какого дома, Ермолай! – до того мертвенный голос Соболева взорвался оживлением. – Мне в аэроклуб надо! Гляну, не растащили ли на сувениры мои самолеты!

Я невольно улыбнулся. В этом весь Летчик. Только что балансировал на самой границе смерти, ощутил на себе несправедливость и грязные поклепы. Но для него это в прошлом, и обид не держит. Времени и сил на обиды у него нет. Потому что у него есть самолеты и его курсанты. И есть сам смысл и суть существования – Россия-матушка, которую он присягнул защищать и теперь делает это, готовя воздушный щит от любого врага…

Глава 5"

"«Выписка из сводки наружного наблюдения.

Объект «Крикун» встретился с объектами «Люся» и «Белка» (данные на указанные связи предоставлены ранее). Втроем пошли в кинотеатр «Пролетарий» на премьеру фильма «Волга-Волга». По окончании сеанса, проводив «Люсю» до дома по адресу: улица Строителей, 16, объект вернулся по месту своего проживания около двадцати двух часов. В двадцать три часа свет в комнате погас. Троян».

Троян – оперативный псевдоним старшего группы.

А объект «Крикун» – это наш комсомолец Богдан Кирияк.

Несколько дней за ним ходит наружное наблюдение. И пока ничего. Точнее, слишком много. Не хватает людей отслеживать все его связи. Он все время в каких-то общественных делах. То к пионерам, то к пенсионерам с лекциями о дизелях и двигателях. То на рабфаке – готовится поступать в институт. Траты в пределах зарплаты, загулов нет, порочащие связи отсутствуют.

В цеху он работает все меньше, а комсомольской работой занят все больше. Вопрос ставится о переводе его на освобожденную должность в заводской комсомольской организации.

А там и до райкома ВЛКСМ недалеко. А потом – вступление в партию и партработа. Вот так и получаются вредители в органах власти. Карьера строится расчетливо, шаг за шагом. Такие люди умеют удачно мимикрировать, перекрашиваться. Быть как все и лучше всех. Этого-то, дай бог, остановим. А сколько мимо нас прошли…

Обложили и его предполагаемых партнеров. Тоже пока без толку.

– Что с подведением агентов к нему? – спросил я.

– Подвели пару человек. Одна девушка якобы доступная, простая, недалекая.

Второй – наивный деревенский парень, готовый смотреть говорливым людям в рот. Его можно подбить на что угодно. Да еще из семьи раскулаченных. Оба отличные кандидаты для втягивания в контрреволюционную организацию. «Крикун» к ним пока присматривается, – пояснил Фадей, в производство которому я передал агентурное дело «Фейерверк». – Агенты считают, что он при делах. И на какой-то крючок клюнет.

– А если не клюнет и не будет информации? Как-то вяло все развивается. А времени, мне кажется, у нас немного.